– Готов к чему?

«Принять своё предназначение».

– Предназначение? Многовато я об этом слышал в последнее время. – Фесс не торопясь шагал по широкому каменному мосту без перил. Слева и справа – тёмная бездна. Разумеется, это была иллюзия – пирамида не настолько высока, вдобавок они отсчитали изрядно ступеней.

– Некромаг! Сзади!

– Спокойно, Ньес. Меня не тронут, а вы – уходите!..

– Ни за что! – выкрикнула целительница.

Он ощутил острый и внезапный толчок силы. Толчок от него не прятали, напротив, сделали напоказ, чтобы точно не проглядеть.

По галереям пирамиды пронёсся короткий неощутимый вихрь. Он не пошевелил пучки сухих трав и пустотелые птичьи кости, не тронул связки перьев и невесомые черепа мелких драконовидных ящериц; ничто не покинуло своих мест, но сила потекла сплошным потоком, стремительным и бурным, понеслась вихрем, закручиваясь в воронки.

Во тьме ничто не дрогнуло. Всё так же застыл лич в падающем сверху конусе света, да звучали в сознании Фесса медленные холодные слова:

«Ты не был готов стать тем, кем должен. Теперь, однако, ты готов. Не так легко было добиться, чтобы ты явился сюда, ко мне, в место моей силы. Сражайся, некромант! Сражайся – ведь иначе ты не можешь».

Посох некроманта твёрдо ударил в камень.

– Ты разговорчив, лич. Не можешь удержаться, чтобы не посвятить меня в свои планы? Не можешь не похвастаться? Но зачем мёртвым похвальба?

«Всё это, – последовал ответ, – есть часть моего плана».

– Очень хитрого плана, не сомневаюсь, – заметил Фесс.

Их с личем разделяло не более дюжины саженей. Мёртвый колдун словно красовался в падающем сверху бледном свете: кости обтянула тонкая синюшная кожа, торчали жёсткие чёрные волосы жидкой бородки. Торс и чресла покрывала наполовину истлевшая, а когда-то очень богатая ткань: золотое и серебряное шитьё по бордовой парче, черепа, кости и прочие атрибуты смерти.

«Ты привёл сюда ещё и друзей. Я не сомневался в этом. Каким же не умеющим думать балбесом нужно быть, чтобы лезть в логово врага, в его цитадель, совершенно не зная, что тебя там ожидает?»

Сила продолжала мчаться сотнями стремительных потоков по ступеням пирамиды. Перекидывалась на соседние, заполняла таящиеся в глубине резервуары. Шарканье множества ног остановилось – слугам Города греха стало нечего делать.

За спиной что-то выкрикнула Ньес, тоненько взвизгнул маэстро Гольдони, крепко, по-моряцки, загнул отец Виллем.

…Хаос силён здесь. Он разрушает чары, и потому даже лич не может сплести что-то неимоверно сложное. Он вынужден дробить заклятья на составляющие, выдавать их короткими, одно за другим.