Она смело подошла к краю обрушившегося бульвара и посмотрела в сторону нижней части, вглядываясь в облака, которые быстро проплывали мимо, словно всасываемый вентилятором дым. Потом она вскрикнула:
– Я его вижу. Он такой забавный. Словно насекомое в музее. Он ползет по тросам.
Опираясь на ладони и колени, я подполз к ней и тоже посмотрел. Он был там, точка, движущаяся по нитке, и под ним парили птицы. Все это выглядело крайне ненадежно. Быть может, Махт получил весь «страх», в котором нуждался, чтобы чувствовать себя счастливым. Я не хотел этого «страха», чем бы он ни был. Я хотел еду, воду и робота-врача.
Ничего этого здесь не было.
Я с трудом поднялся на ноги. Вирджиния попыталась мне помочь, но я справился прежде, чем она успела дотронуться до моего рукава.
– Идем дальше.
– Дальше?
– Дальше к Абба-динго. Возможно, там есть дружелюбные машины. Здесь же нет ничего, кроме холода и ветра, и фонари до сих пор не зажглись.
Она нахмурилась.
– А Махт?..
– Ему потребуются часы, чтобы вскарабкаться сюда. Мы можем вернуться.
Она повиновалась.
Мы снова двинулись вдоль левой стороны бульвара. Я велел Вирджинии обхватить меня за пояс, а сам стучал по столбам, одному за другим. Должно же было где-то найтись реактивирующее устройство для путешественников.
На четвертый раз сработало.
Ветер вновь трепал нашу одежду, и мы неслись вверх по Бульвару Альфа-Ральфа.
А потом остановились.
Это была Абба-динго.
Тротуар усеивали белые предметы – шишки, палки и неровные шары размером с мою голову.
Вирджиния молча стояла рядом.