– Отлично, – произнес доктор, – это здравый подход. Преступление осталось в прошлом. Впереди вас ждет будущее. Итак, я могу разрушить ваш разум, прежде чем вы отправитесь вниз. Если вы этого захотите.

– Это противозаконно, – заметил Мерсер.

Доктор Вомакт улыбнулся, тепло и уверенно.

– Само собой. Многие вещи идут вразрез с людскими законами. Но есть еще и научные законы. На Шайол ваше тело будет служить науке. Для меня не имеет значения, будет ли это тело обладать разумом Мерсера – или низшего моллюска. Придется оставить вам достаточно рассудка, чтобы тело функционировало, но я могу стереть ваше историческое «я» и дать вашему телу шанс быть счастливым. Выбор за вами, Мерсер. Хотите остаться собой или нет?

Мерсер покачал головой.

– Я не знаю.

– Я рискую, предоставляя вам этот выбор, – заметил доктор Вомакт. – На вашем месте я бы не раздумывал. Внизу весьма скверно.

Мерсер посмотрел в широкое, полное лицо доктора. Он не доверял его добродушной улыбке. Быть может, это была уловка, чтобы усугубить наказание. Жестокость императора вошла в поговорки. Достаточно вспомнить, как он поступил с женой своего предшественника, вдовствующей императрицей госпожой Да. Она была моложе самого императора – а он отправил ее в ссылку хуже смерти. Если Мерсера приговорили к Шайол, с чего этому врачу нарушать правила? Быть может, его самого ввели в заблуждение, и он не знал, что предлагает.

Доктор Вомакт прочел выражение лица Мерсера.

– Ну хорошо. Вы отказываетесь. Желаете забрать рассудок с собой. Меня это устраивает. Вы не на моей совести. Полагаю, от следующего предложения вы тоже откажетесь. Хотите, чтобы я лишил вас глаз, прежде чем вы отправитесь вниз? Без зрения вам будет намного удобней. Я это точно знаю, благодаря голосам, которые мы записываем для предупредительных передач. Я могу перерезать вам зрительные нервы, и ваше зрение никогда не восстановится.

Мерсер качнулся туда-сюда. Жгучая боль превратилась в повсеместный зуд, однако рана в душе была серьезней физического дискомфорта.

– Тоже отказываетесь? – спросил доктор.

– Думаю, да, – ответил Мерсер.

– Тогда мне остается лишь подготовиться. Можете на время оставить шапочку, если желаете.

– Прежде чем я надену шапочку, вы расскажете мне, что происходит внизу? – спросил Мерсер.

– Кое-что, – сказал врач. – Там есть смотритель. Мужчина, но не человеческое существо. Гомункул, созданный из крупного рогатого скота. Он разумен и чрезвычайно добросовестен. Экземпляров вроде вас выпускают на поверхность Шайол. Там обитает особая жизненная форма – дромозои. Когда они заселяют ваше тело, Б’диккат – так зовут смотрителя – вырезает их под анестезией и отправляет наверх. Мы замораживаем культуры тканей, они совместимы почти с любым живым видом, который потребляет кислород. Половина восстанавливающих операций во всей вселенной проводится с использованием зачатков, которые высылают отсюда. Шайол – очень благоприятное место с точки зрения выживания. Вы не умрете.