— Ты что же, умеешь верхом ездить? — удивился Митька.

— Конечно, — недоуменно ответил Хьясси. — У нас все мальчишки умеют… А тем более у дедушки в деревне. Только там кони не такие, не кассарские… Там их в телеги запрягают, мешки возить, бревна… А кассарские кони норовистые, но господин ему пошептал, и он ничего, не лягался, не сбрасывал. И мы догнали корабли, и даже немножко опередили.

— Во дела, — зачаровано выдохнул Митька. — Жалко, меня с вами не было.

И тут же рассмеялся своей глупости.

— А потом господин придумал, как попасть на корабль, — деловито продолжал Хьясси. — Вот это мне дал, — указал от пальцем на роскошное млоэ, — и велел плыть на середину реки, как раз за поворотом, там она изгибалась… ну, и барахтаться, вроде как тону. Как раз средний корабль чтобы в этот момент вышел, и меня там увидели. Я так и сделал.

— А если бы потонул? — строго спросил Митька.

— Потонул? Но я же умею плавать! — гордо ответил Хьясси. — Что, побарахтаться трудно, покричать? Да и вода теплая, ногу не сведет… Не то что в горных речках. Мне папа рассказывал… — он коротко вздохнул, будто разом потерял весь воздух. — В общем, меня заметили, засуетились, стали вытаскивать. — Ну а почему они вообще тебя стали спасать? Подумаешь, пацан какой-то тонет.

— Так на мне ведь одежа богатая, это ж видно, — терпеливо объяснил Хьясси. — Раба, ясное дело, вытягивать бы не стали. А так понадеялись, что отблагодарят.

Он вновь затих, обвел взглядом мертвые тела. Да уж, присвистнул Митька, отблагодарили так отблагодарили…

— И что же ты им сказал, когда тебя вытащили?

— А господин мне заранее велел, что говорить. Будто я сын местного старосты, и убежал с ребятами на лодке кататься, а лодка была дырявая и потонула, и они все, ну, ребята, потонули, один я выплыл… Ну, плакал, что накажут… Лицо-то все равно мокрое, не видно, настоящие ли слезы… А пока они вокруг меня суетились, господин под водой до корабля доплыл и как-то на борт забрался, а потом что-то такое зажег в трюме, и все забегали, закричали, всем не до меня стало… А он тогда на палубу выскочил и начал с ними драться. Ну и вот… Сам видишь. Я никогда не думал, что человек так драться умеет. Наверное, ему злые духи помогают… старец Лоуми про такое говорил…

— А эти? — настороженно спросил Митька, указывая рукой на трупы, — они что, в самом деле единяне?

Хьясси лишь ухмыльнулся.

— Да ты чего? Кто служит Единому, разве стал бы беззащитного хватать и мучить? Грех это, за такое душа в темную пропасть пойдет.

— Ну, — нерешительно протянул Митька, — всякие же люди бывают… Может, и единяне не все такие хорошие…