– Идея тут, Майкл, примерно такая. Бог… ну, грокает тебя, и ты вступаешь в брак с Его Церковью – в брак Святой Любви и Вечного Счастья. Священник – или священница – целует тебя, затем след поцелуя закрепляется татуировкой, чтобы показать, что брак твой – навечно. Татуировка совсем не должна быть большой – моя только повторяет форму и размер благословенных уст Фостера – и может помещаться где угодно, чтобы спрятать ее от грешных глаз. Мужчины иногда обривают голову и наносят татуировку на кожу черепа, она потом обрастает волосами, и ничего не видно. Ее можно сделать в любом месте – лишь бы не было заметно и чтобы не сидеть и не стоять на ней. А показывают ее только на Счастливых Встречах навечно спасенных.

– Я слышала про Счастливые Встречи, – отозвалась Джилл, – но только никогда не могла толком понять, что же это такое.

– Ну, как тебе сказать, – начала объяснять миссис Пайвонская, – они же бывают очень разные. Счастливые Встречи для обычных прихожан, которые вроде и спасены, но могут оступиться, вернуться к греховности, это вроде как большие вечеринки, где немного – в таком количестве, чтобы не надоело, – молятся, но в основном резвятся и развлекаются, как на любой хорошей тусовке. Бывает там и настоящая, взаправдашняя любовь – но тоже очень немного, ведь нужно вести себя осторожно, тщательно выбирать – с кем и как, чтобы, упаси Господь, не посеять в среде братьев семя раздора. Всему свое место и время – за этим наша Церковь следит очень строго… А вот Счастливые Встречи для навечно спасенных – там можно оставить страхи и осторожности, ведь вокруг тебя не будет никого, способного согрешить, у каждого грехи остались далеко в прошлом. Хочешь напиться до отключки – милости просим, значит, на то есть воля Божья, иначе ты не захотел бы. А если ты хочешь встать на колени и молиться, или заорать во весь голос песню, или сорвать с себя одежду и пойти в пляс – делай как хочешь, на все воля Божья. А можно явиться и вообще нагишом, никто из собравшихся не посмотрит на тебя косо.

– Весело вы гуляете, – заметила Джилл.

– Да, конечно же, и очень. Знаешь, там тебя преисполняет небесное блаженство. И если проснешься утром в одной постели с кем-нибудь из навечно спасенных братьев, ты понимаешь, он здесь по воле Божьей, чтобы доставить Счастье и тебе, и себе. У них же у всех поцелуи Фостера, они все наши, твои. Все это, – задумчиво нахмурилась миссис Пайвонская, – немного вроде как разделить воду. Понимаете?

– Грокаю, – кивнул Майк.

– (Майк????)

– (Подожди, Джилл. Жди полноты.)