От досады и разочарования прикусила губу. Что я могла сказать? Что хочу убить Чёрного Консула из личной мести? Но это не обязывало меня нести знамя с перечёркнутой короной. Рассказать правду о боге Кроне? Об икша — его орудии уничтожения Квертинда? О грядущем разрушении? О грандиозном обмане лживых правителей? Имела ли я право разглашать эти сведения? Имела ли я право обрекать на них Джера? Демиург не зря предупреждал, чтобы я не втягивала в это ментора. Одно неверное слово — и Джер может оказаться мишенью Кирмоса лин де Блайта. Как и Демиург, как и я сама. Причём, даже более удачной мишенью, поскольку жизнь ментора была мне дороже собственной.

— Свободы, — выдохнула я привычное прикрытие. — Для всех и каждого. Свободы устанавливать правила и жить другой жизнью. Свободы иметь выбор и управлять своей судьбой. И судьбой королевства! Точно так же, как это делаю я сама. Квертиндцы заслуживают этого.

Вот так. Получилось неплохо. Пожалуй, это даже не было прикрытием. В глубине души я знала, что это тоже истина, немаловажная часть нашей войны.

— Юна, невозможно освободить Квертинд, если он этого не хочет, — уже спокойнее заговорил хороший ментор. — Такая свобода — не благо, а тяжкий крест. Люди не хотят сражений. Не хотят борьбы и изменений. Они хотят просто жить… ни о чём не думая. Ты удивишься, узнав, как много людей растут, влюбляются, меняются под Красными Лунами… Ходят друг к другу в гости, готовят ужин, отмечают День Династии и смеются над глупыми шутками. Им не нужно восстание.

— Они просто не знают, чего лишены! — теперь уже огрызнулась я. — Кирмос лин де Блайт и его консульская шайка пытаются убедить квертиндцев в том, что свобода — это рабство. Они купаются в роскоши и привилегиях, насмехаясь над жителями!

— Это не так, — откровенно заспорил Джер, и я почти зарычала. — Лидер всегда страдает больше всех. Потому что его ошибки порой стоят сотен, а иногда и тысячи жизней, — он поддел пальцем одну мою прядь, но я дёрнула головой в качестве протеста. — Но они неизбежны. Кто бы не стоял у власти, в мире всегда будет добро и зло, богатство и бедность, расцвет и гниение. Орден Крона не сможет этого исправить. Никто не сможет этого исправить, даже боги.

— Боги смогут это разрушить, — увлекшись, всё-таки выдала я, но сразу же осеклась.

К счастью, Джер не стал это комментировать. Мы снова замолчали, наблюдая, как солнце всё ещё играет лучами в кучевых облаках. Теперь в крепких объятиях стало как-то неуютно, словно я предательски пользовалась ментором.

Страшная, болезненная мысль пронзила вдруг моё нутро. А что, если наши дороги разойдутся? Что, если мне придётся выбирать между Орденом Крона и Джером? Что, если ментор попытается меня заставить, подчинить своей воле? Мне придётся пойти и против него тоже? Я сглотнула тяжёлый ком и тяжело задышала. Горло сдавило, и я с шумом втянула горный воздух сквозь зубы. Попыталась встать, но Джер удержал меня, обхватил крепче. Чем сделал только хуже…