– Этот человек многое для вас значит. Поверьте, я понимаю, каково это, быть обязанным своей жизнью. Моя… – на миг печаль перехватила горло жрицы удавкой, – моя предшественница… она была мне матерью. Я понимаю, Кельвин.

Он выдохнул тихое:

– Спасибо.

– Знаете что, – её изящная ладонь легла на древко Доргонмаура и жрица призадумалась на несколько мгновений, словно прислушиваясь к реликвии, – помогите ему. Пусть приходит.

– Госпожа моя, это неразумно. Сумасбродно даже, простите мне такую дерзость. Ваша безопасность напрямую зависит от сохранения тайны присутствия…

– Кельвин, – она взмахнула ресницами, обрамлявшим глаза белым инеем, – мне будет очень интересно встретиться с людьми, приближёнными к ложному мессии ложного бога. Мне интересны их мотивы. К тому же, я не могу не отблагодарить того, кто сыграл в вашей судьбе столь значимую роль. Когда он ждёт ответа?

– Через два дня, госпожа моя.

– Встретьтесь с погребальщиком, выставьте условия: лояльность, святость тайны; и, если согласие будет получено, ведите его сюда.

У наёмника были возражения, у него были опасения и множество разумных причин попытаться отговорить Самшит. Однако же всё это не помогло ему сразу же отказать старому учителю, так с какой стати теперь… Кельвин посмотрел на жрицу, она была уверена, не боялась и не жалела о принятом решении. Светло-серые глаза таили в глубине искорки страсти. Через миг он оказался у софы на коленях, жадно покрывая Самшит поцелуями.

* * *

Исварох возвращался с ночной встречи. По пути слепец удивлялся тому, как быстро разрастался Сад. Он захватывал всё новые территории, рос на древней брусчатке, покрывал набережные и свисал к мутным водам реки, которые быстро очищались от скверны. Вчера на границах Сада выставили кордоны, а сегодня их уже поглотило ширящееся царство покоя. Дом за домом, улицу за улицей Сад переделывал Астергаце, и горожанам, казалось, это было по душе.

Снег шёл часто и обильно, воющий ветер заметал улицы, скрадывая неубранные тела, делая мир обманчиво более чистым, но не дружественным. Холод и голод грозили смертью, пищи и топлива, что раздавалась с церковных складов, было недостаточно, а ворота всё ещё оставались заперты. Понукаемые страхом и росшим отчаянием, люди шли в Сад, невзирая на проповеди жрецов. А там их ждало тепло, ждал покой, изобилие и полная безопасность. Сад исцелял болезни, наполнял силой, нёс умиротворение. Вожделенный кусочек чуда посреди кошмарного бытия. В небе пылала красным комета.

Исварох торопливо шагал по переулкам великого города, скользил сквозь ночь, желая поскорее вернуться на пост. Сегодня он получил от бывшего воспитанника утвердительный ответ. Что ж, после всех хлопот, приятно было получить от него хоть какую-то пользу. Выйдя к границам Сада, Исварох легко переступил из снежной зимы в позднюю весну. Он двинулся по высокой траве, слыша трели птиц и голоса людей, отдыхавших тут и там. Расширяясь, Сад разрушал некоторые постройки, но четверть домов оставалась на своих местах, и изнутри часто доносилась музыка, песни, – люди праздновали спасение. Наивные глупцы.