– Малодушные трусы, – повторил он презрительно, – всегда ими были, всегда ими будут. – Голос стал мягче. – Ты помешал им, младший братец? Расскажи, как тебе это удалось?

Агларемнон помедлил немного, но решил ничего не скрывать, это было слишком опасно.

– Поначалу я терпел неудачи, повелитель. Ангелы спрятали дитя очень хорошо, ни мои последователи, ни мои тени не могли найти его. Тогда я рискнул и прикоснулся к тому, к чему прикасаться опасно, я встретился с человеком, помеченным клеймом Хаоса.

– Хаос действительно опасен, – тихо проговорил повелитель, – даже для нас.

– У меня не осталось других ходов.

– Но тебе повезло, не так ли?

– Да, повелитель. Я пометил того человека даром и смог следить за ним. Надежды были призрачны, однако, Хаос непредсказуем, и вскоре, этот человек столкнулся с мессией. Настоящим.

– Он тоже был кузнецом, этот новый Молотодержец?

– Нет, повелитель, он был сиротой, ребёнком-солдатом, а заодно и магом Света.

– Магом? Какое странное сочетание. Небеса с самого начала стали растить мессию-солдата для грядущей войны, а заодно и того, кто приведёт Церковь и волшебников к согласию. Они смогли меня удивить. Продолжай.

– За мессией постоянно наблюдали Силы, – один или несколько архангелов, – дабы он не погиб до срока, я не мог показаться даже рядом. Лишь мои тени безмолвно следили издалека, покуда Небеса не сообщили ему о предназначении. Тогда я получил право…

– Искушать и сбивать с пути, – довольно проговорил хозяин Пекла.

– Именно, повелитель. Только истина заключалась в том, что я не желал сбивать его с пути, наоборот, я хотел, чтобы он слушался Небес неукоснительно, чтобы день и час его гибели был предрешён. Это было нужно, чтобы в тот день и час в том же месте появился и другой человек, – тот самый, помеченный Хаосом. По стечению обстоятельств он являлся также избранником другого бога, изгнанного, бога-дракона.

– Помню его.

– Несомненно. Это было сложно, однако, я смог разыграть партию безупречно, повелитель. Астергаце – святой город для двух ненавидящих друг друга религий, город двух богов. В одно и то же время в одном и том же месте два избранных этими богами человека должны были достичь апофеоза, каждый по-своему, один – через полное самоотречение, другой – через абсолютное посвящение себя гневу. По моей воле и благодаря удаче эти два человека были связаны крепкими узами, притянувшими их друг к другу. Оба они в тот момент являлись средоточием огромной божественной силы, а их боги жаждали получить для себя полноценные аватары. Отец хотел покинуть Валемар, Элрог – собрался победить Господ и вернуть мир себе.