Они поднялись на плоскую крышу, горький ветер нахлынул с рёвом, неся пепел. Статуи ангелов, стоявших по краю, были сорваны с пьедесталов, свалены в одно место и сплавлены в уродливый трон, из которого выглядывали крылья, руки, лица. На троне восседал Доргон-Ругалор.

При взгляде на отца Улва почувствовала тошноту, она едва не отступила, но за спиной был Исварох.

– Всевластный владыка. – Погребальщик склонился, а северянка не стала, понимая, что так уж точно вырвет.

Человек, которого она знала прежде, исчез, его место заняло чудовище. Местами оно было покрыто чешуёй, местами же осталась кожа, – высохшая и растрескавшаяся от жара; сквозь трещины сочился пар, на них же пузырилась кипящая кровь. Лицо чудовища исказилось, одну половину можно было с трудом узнать, другая же уподобилась морде ящера, изо лба росли кривые рога. На левой руке появились когти, а правая осталась бронзовой, но из локтя торчал уродливый отросток, – недоразвитая рука, попытавшаяся отрасти вместо протеза. У существа было два крыла, огромное правое и маленькое левое, висевшее без сил; длинный хвост оканчивался шипом. В груди чудовища зияла открытая рана, между дымящимися мышцами и толстыми рёбрами виднелся сгусток света, – бьющееся сердце.

Доргон-Ругалор восседал на троне сокрушённых ангелов и обозревал бесконечные столбы дыма над Астергаце. Он вдосталь набушевался за прошедшие сутки.

Выпрямившись, Исварох обернулся к девушке, чуть качнул головой. Это она решила идти сюда, и ей предстояло говорить с живым богом. Неплохо было бы начать с того, чтобы убрать меч в ножны.

Чудовище ожидало.

– Мы… Я… я пришла… пришла… – Наконец природный гнев пересилил страх и отвращение, Улва оскалилась как волчица и выкрикнула как могла громко: – Ты не успел! Ты не спас его!

Доргон-Ругалор шевельнулся, из ноздрей потёк дым.

– Не успел, – согласился он тихо, – не спас.

Меч из Гнездовья был направлен остриём богу в лицо, Улва дышала сквозь сцепленные зубы.

– Признаёшь это так… спокойно! Тебе что, уже совсем плевать?!

Исварох подумал, что девочка совершает одну ошибку за другой. Сначала она захотела прийти сюда, теперь дерзит существу, которое, надо признать, воистину похоже на бога. «Спокойно»? Он прекратил безумствовать всего несколько часов назад.

Доргон-Ругалор медленно поднялся и подошёл к ней, навис, окатив горячим воздухом.

– Сначала я не заметил, но сейчас вижу ясно, что ты раздобыла себе необычный клинок, Куница. Этот меч может убивать людей, но зачем тратить его на подобную мелочь, если он может убивать драконов? Верные Амлотиане забыли, потому что так решила их Церковь, но во времена молодой веры, был человек, изведший всех драконов Вестеррайха. Этим мечом.