Я внезапно отчаянно пугаюсь за Рейчел. Я должна молиться, чтобы Мидраут не всем в этой комнате позволил увидеть эти воспоминания. Рейчел никогда не должна узнать, что́ она сделала.

– Нет, – шепчет лорд Элленби. – Я не…

Но Мидраут уже закончил. И снова взмахивает Экскалибуром и направляет его на меня. Время казни.

Но тут что-то падает на него сверху. Андраста, то есть то, что от нее осталось, пытается вырвать у Мидраута меч.

– Беги! – шипит она мне. – Беги!

Ее нападение в достаточной мере ошеломило Мидраута, чтобы все могли оторваться от стены. Олли и Самсон хватают меня за руки и мчатся к двери. Лорд Элленби, подхватив Джин, не отстает от нас. Когда мы уже у двери, я оборачиваюсь, хочу подождать Андрасту. Она, возможно, и не настолько сильна, чтобы убить Мидраута, но она фея – она вырвется, она сможет выиграть время…

Но Мидраут держит Андрасту за горло, поднимая ее над полом. Ей его не одолеть.

Я хочу вернуться к ней, очень хочу. Я так стараюсь, но я слаба, а Самсон и Олли меня не отпускают. И все, что я могу, – это беспомощно наблюдать за тем, как моя дорогая Андраста, моя вторая мать, пытается вырваться. А потом Мидраут что-то делает – и она затихает.

Он говорит тихо, почти шепчет, но я слышу его слова так отчетливо, как если бы он говорил прямо мне в ухо:

– Твои истории забыты.

Мидраут сжимает кулак, в котором держит тоненькую шею Андрасты, – и Андраста рассыпается. Просто рассыпается на пылинки и крошки металла, словно никогда и не была живой, словно в ее теле никогда и не было бьющегося сердца и мудрого ума. Андрасты больше нет.

56

56

Она не смогла даже посмотреть на меня. А я не смогла даже попрощаться.

Я тянусь к пыли, бывшей когда-то моим ангелом-хранителем.

Олли резко ставит меня на ноги:

– Ферн, надо бежать, или он и нас тоже убьет! Идем! Идем!

С десяток рук наполовину выталкивают, наполовину выносят меня из здания. Позади нас Себастьян Мидраут готовится к окончательной победе. Я ощущаю его присутствие через холл, хотя Олли и Самсон тащат меня на открытый воздух. Необходимость убеждает меня подчиниться приказу. Но голос в глубине ума твердит мне: «Просто сдайся… это будет куда легче, куда проще…» Я никогда ничего подобного не чувствовала – даже тогда, когда стояла прямо перед Мидраутом и слушала его. Его сила теперь невообразима.

Мы бежим через площадку перед Национальной галереей, вниз по ступеням, туда, где нас ждут Лэм, Балиус и другие лошади. Одно мгновение площадь почти пуста. В следующее мгновение она уже наводнена людьми. Пузыри инспайров вырываются из асфальта, давая знать о прибытии. За несколько секунд площадь заполняется сновидцами, и каждый из них молчит. И каждый смотрит на галерею. Ждут своего лидера.