Он убил Воалена Еланаара. Человека, который некогда дал ему цель в жизни и многие годы был как отец. Того, чьей целеустремлённостью и волей Раэлен восхищался. И тем горше и трагичней оказался такой конец их отношений, что под занавес жизни Воален сошел с ума и стал похож лишь на собственную тень.

Мршаа долго старался держать себя в руках, справляться с внутренними переживаниями — но смерть Воалена окончательно надломила его. Психологическая травма, нанесённая в молодости первой войной с Ниаром, вновь заявила свои права на личность офицера. Впервые за долгие годы он был готов упасть и разрыдаться. Он устал от войны и бесконечного потока смертей, устал убивать и рисковать своей жизнью.

Но слабость была непозволительна. Сейчас где-то ракетчики готовились к применению ужасающего по своей силе оружия, которое навсегда изменит планету и не оставит ни малейшего шанса на примирение с Ниаром. Вряд ли нескольких атомных бомб окажется достаточно, чтобы сломить королевство — но их применение разозлит Теи, распалит в его людях жажду мести. Последствия страшно представить.

Мршаа во что бы то ни стало должен предотвратить катастрофу.

Вопреки ожиданиям, коридоры Дворца встретили его тишиной. Ни доктора Хаат’ина, ни охранников, которые, по идее, должны были прибежать на звуки выстрелов, не оказалось. В коридоре горело тусклое аварийное освещение, отчего подземные палаты выглядели мрачно. Постеленные ковры заглушали звук шагов, но сердце билось в ушах так, что, казалось, его стук разносится далеко за пределы видимости.

Дойдя до выхода в холл Дворца, Мршаа услышал из-за массивных дверей какой-то подозрительный шум. Насторожившись, он взял на изготовку пистолет и вышел к платформе монорельсового поезда. Увиденное зрелище на миг обескуражило его: охранники еле шевелились на полу, словно контуженные, а доктор Хаат’ин испуганно вжался в одну из декоративных колонн, украшавшую фасад левого крыла правительственного укрытия. Над ним возвышалось странное создание с длинными конечностями, широкими плечами и головой без намёка на привычные органы чувств. Ещё четыре чудовища передвигались от одного охранника к другому, словно проверяя, живы ли они. Удостоверившись состоянием одного, монстры переходили к следующему.

Услышав скрип двери, одно из существ распрямилось, уставившись прямо на Раэлена. Тот, в долю секунды поняв, что перед ним нечто инопланетное, с лёгкостью нейтрализовавшее охрану дворца. В другой ситуации он, возможно, попробовал бы сразиться с ними. Но теперь он не чувствовал в себе сил нажать на курок. Уронив пистолет и, подняв единственную рабочую руку, Мршаа произнёс: