– Уж поверьте, в Кито тоже, – ухмыльнулся Эвери. – Слушайте, может, заедете ко мне?

– Я?.. Ну… Сейчас?

– Почему бы и нет, если вы не заняты? Мы можем немного выпить и поболтать. В любом случае, я должен с вами познакомиться, пока вы в городе.

– Что ж… да, конечно, наверное. – Лоренцен окончательно растерялся. После ленивых лет на Луне он не мог приспособиться к скорости жизни на Земле. Ему хотелось плюнуть кому-то в глаза и предложить для разнообразия приспособиться к его, Лоренцена, темпу, но он знал, что никогда этого не сделает.

– Ладно, хорошо. Спасибо. – Эвери продиктовал ему адрес и отключился.

Комнату заполнил низкий гул. Ракеты! Лоренцен поспешил обратно к окну и увидел экранирующую стену, казавшуюся краем мира, черную на фоне яркого огня. Одна, вторая, третья – дюжина металлических пик взметнулась в небеса из огня и грома, пронеслась мимо холодного щита Луны высоко над городом. Да, это стоило увидеть.

Он вызвал аэротакси и накинул пальто поверх тонкого домашнего костюма. Несколько минут спустя коптер завис перед его балконом и выдвинул мостик. Он прошел внутрь, чувствуя, как нагревается подпитываемое энергией пальто, уселся и набрал адрес.

– Dos solarios y cincuenta centos, por favor[9].

Механический голос заставил его смутиться; он едва удержался от извинений, кладя в слот десятку. Автопилот выдал ему сдачу, и такси взмыло в небо.

Его высадили у другого отеля – очевидно, Эвери не жил в Кито постоянно, – и он прошел по коридору к нужному номеру.

– Лоренцен, – сказал он двери, и та открылась. Он вошел в прихожую, отдал плащ роботу, и Эвери встретил его.

Психмен действительно оказался невысоким. Пожимая ему руку, костлявый Лоренцен смотрел на него сверху вниз. Он был раза в два моложе Эвери, высокий, не знавший, куда девать ноги, тощий молодой человек с взъерошенными каштановыми волосами, серыми глазами и грубоватым, бесхитростным лицом, которое покрывал ровный загар от лунных флуоресцентных ламп солнечного типа.