– Истодовы мёртвые твари чуют силу камней. Так и Пустельгу, и Чеглока с Кобчиком выследили. А Трегор владеет нечистецкой ворожбой. Он сможет уничтожить сразу целое скопище безликих, когда они за нами придут. Если повезёт – нагрянет и сам Истод, посмотреть, как сразу трёх последних соколов убивают. И тогда он тоже встретит смерть.

Я красноречиво крутанул кинжал в руке, надеясь, что братья не заметят, как дрожат мои пальцы.

Сапсан оценивающе посмотрел на Трегора, будто прикидывал, действительно ли тот сможет наворожить что-то стоящее. Дербник ухмыльнулся, но перечить не стал.

– Вот уж не думал, что стану бороться с безликими плечом к плечу со скоморошьим князем, – вымолвил он. – Но ножи наточил. Долго ждать их, как думаешь?

Мне почудилось, что смрад стал гуще. В окно трактира что-то ударилось, потом заскребло по стене. Я повернулся так, чтобы прикрыть Рудо собой хоть по первости, сжал в руке стопку звёзд и встретился взглядами с каждым из моих соратников.

– Недолго. Пришли уже.

* * *

Трегор выступил вперёд нас, а мы втроём встали спина к спине. Рудо тоже ощетинился, нагнул грозно голову, весь стал как натянутая стрела – только я шикну, и бросится хуже медведя.

– Силы береги, – сказал я Трегору. – Сразу не мечи ворожбой. Жди, когда я позволю. Пусть их больше станет, тогда и колдуй.

– Князь сокола не слушает. – Трегор обернулся ко мне, и его серые глаза блеснули мрачным весельем. – Но с тобой, так и быть, спорить не стану.

Кто-то постукивал по окнам, и в темноте виднелись руки, скребущие по стеклу. Мне стало душно оттого, что сердце заколотилось в полную мощь. Голод, болезнь и погони – я по-прежнему ненавидел их рьяно, но теперь мне казалось, что быть пойманным, пусть и по своей воле, ещё хуже, чем уходить от преследователей. Сапсан приладил стрелу на тетиву, Дербник приготовил ножи – мы замерли в томительном ожидании, но тянулись минуты, истощая наше терпение, а в трактир никто не вламывался.

Я представлял всё совсем иначе. Думал, безликие потянутся к нам, сперва мы будем убивать их по одному, а когда тварей станет больше, Трегор убьёт всех разом ворожбой. Я думал, вслед за безликими появится Истод, чтобы посмотреть, как умирают соколы. Но ничего из этого не происходило.

Я был готов умереть. Теперь, бок о бок с братьями-соколами, я чувствовал себя почти счастливым, целым. Я знал, что умру, отстаивая родные земли, помогая им очиститься от скверны.

Когда дверь трактира наконец распахнулась, мы все дёрнулись вперёд, готовые кто метнуть нож, кто звезду, кто спустить стрелу. И хорошо, что не сделали – я крикнул, поняв, что в трактир вбежал живой: