Повисла долгая, зыбкая пауза. После всего, что нам пришлось испытать ради спасения из Шиола I, после всех страданий, выпавших на нашу долю, мы вновь лезли в утробу к зверю. Боясь потерять самообладание, я распахнула дверь и торопливо вышла.

В статусе беглой преступницы Иви обзавелась соответствующими инстинктами. Пока мы втроем двигались на юго-запад, она, безо всяких понуканий, высматривала камеры и не светила лицом. Свет фонарей, смешиваясь с акварелью заката, окрашивал снег сиреневым.

Вход в туннель лежал через подземную парковку. Когда мы добрались до нее в сумерках, четверо perdues сгрудились в углу, выбирая снаряжение. Все скитальцы были без масок и смахивали скорее на туристов, чем на преступников.

– А, темная владычица, – поприветствовала меня Рейнельда. – Явилась. – Луч фонарика метнулся к Иви. – Это еще кто?

– Друг, – откликнулась я. – Иви.

Рейнельда с недоверием покосилась на хиромантку.

– Принцу-Доходяге это не понравится, – объявила она по-французски. – Мы кое-что припасли для тебя. Мэл угадал твой размер. Если сапоги будут жать, все претензии к нему.

Я примерила резиновую пару. Села как влитая. Мальпертюи самодовольно кивнул. Под его чутким руководством я натянула перчатки и гетры.

Иви дополнительная экипировка не требовалась. Я поправила налобный фонарик и складировала продовольствие в рюкзак. Из-за игры света и тени лица собравшихся казались выхолощенными, неестественными.

На голове Паяца топорщились седые пряди. На вид ему было около семидесяти, каждый прожитый год оставил глубокие борозды на коже. Мальпертюи – рыжий, остроносый парень примерно моих лет – даже без маски смахивал на лиса. Еще в компанию затесался луноликий прорицатель – лысый как коленка, с телом борца. Исполинские бицепсы украшены парными татуировками косы́.

– Это Анку, – улыбнулась Рейнельда. – Не советую состязаться с ним в армрестлинге.

Она дважды мигнула фонарем, и Анку вопросительно поднял брови. Рейнельда кивнула на меня и, рубанув воздух ладонью, провела пальцем по горлу слева направо. Брови прорицателя поползли на лоб.

– Ты владеешь языком жестов? – обратилась ко мне Плащаница. – Анку глухой. Умеет читать по губам, но только с близкого расстояния и далеко не все.

– Нет, не владею, – повинилась я. – Зато Страж – вполне.

Арктур шагнул вперед и, предположительно, представился. Анку вытаращил глаза – обычная реакция при первой встрече с рефаитом, – потом освободил руки и быстро-быстро зашевелил пальцами. После короткого обмена «репликами» Анку повернулся ко мне.

– Наконец-то мне выпала честь познакомиться с тобой, темная владычица, – перевела Рейнельда, поглядывая на прорицателя. – Здесь наслышаны о твоих лондонских подвигах. Мы надеялись, рано или поздно ты почтишь нас своим присутствием и оправдаешь свою репутацию.