Несмотря на высоту, Нуреман совершенно четко видел, что многие из тварей изменили природную внешность. В каждой особи едва заметно читались человеческие пропорции. Вроде пауки, а вроде и не совсем они.

— Это Циакан, он тебя проводит ко мне, — прозвучало в голове человека.

С потолка тем временем спустился огромный паук, ярко-красного цвета. В уши ударил высокий, цикающий звук. Нуреман отступил и надел на голову шлем, дурнота ушла. Стоя на восьми, высоких и тонких как сухая ветка ногах, паук, что-то пытался объяснить отупевшему от впечатлений гостю. Не добившись понимания, Циакан поднялся на две ноги, и сразу стал выше куватранца на целую голову. Одна из ног, теперь служившая рукой протянулась к человеку. И прежде чем президент успел что-либо предпринять, крепко уцепила, снабженной тремя пальцами с черными, крючковатыми когтями лапой, покрытую сталью кисть гостя.

Паук поволок упирающегося корпората вглубь пещеры. Нуреман то останавливался, то бежал, следуя непреодолимой мощи тощего человекообразного паука. Сейчас он отчетливо разглядел вытянутое брюшко, тонкие конечности, двучленное тело, что-то похожее на голову без шеи. Иногда Циакан останавливался и поворачиваясь всем телом издавал пронзительное циканье и треск. В этот момент внутри у Нуремана холодело, на него смотрели шесть, черных, выпученных глаз. Человек мог поклясться, что в немигающих глазах монстра читалась мысль. Страшные жвала, чем-то уже напоминавшие верхнюю и нижнюю челюсти, с рядами хитиновых чешуй, двигавшихся подобно мышцам на лице человека, вполне точно, передавали эмоции присущие виду Нуремана.

Пещера расширилась, казалось Нуреман вышел на поле с редкими деревьями. Папоротники, которые исчезали высоко над головой, хвощи, и огромные грибы с ножками похожими на гигантские колонны прерывали плоскость, раскинувшуюся во все стороны. Под ногами начало хлюпать, они шли по узкой тропе среди первобытных болот. Над головой прогудела стрекоза, у хищника в лапах дергался огромный муравей. Перехватив поудобней добычу, стрекоза, одним движением похожих на щипцы челюстей отсекла голову несчастного. Кувыркнувшись в воздухе, она плюхнулась в покрытую зеленой ряской промоину в десяти шагах от гостя. Из воды что-то вынырнуло и тут же увлекло останки на дно. На горизонте, в неясных движениях марева виделись высокие холмы.

— Муравейники, — поразился про себя Нуреман.

Справа, от земли к потолку, тянулась необычная конструкция. Белая с черными вкраплениями земли, покрытая множеством каверн, в которых возились небольшие, прозрачные пауки. Они чистили отверстия, проникая внутрь строения, и вынося грязь, которую тут же утилизировали в местном болоте. Из черной воды болота, по кругу необычной конструкции, торчали обмыленные временем скалы. Приглядевшись Нуреман определил, что скалы напоминают остатки огромного пузыря или каменного яйца, сохранившего жалкие крохи от некогда прочной скорлупы. Именно из центра гигантского круга и произрастала дырчатая масса, распространяя плотную сеть белой губчатой поросли по округе. Она заполняла все пространство пещеры, исчезая только под мутной водой болота.