Так что поначалу Балих просто обживался. Вместе с Хубаксисом он облазил весь дворец, кроме нескольких запертых комнат. Джинн отказывался его туда впускать, туманно намекая, что не стоит этого делать, а то был тут пару лет назад один случай…

Но дворец учителя и без этих запертых комнат был очень велик. Жизнь Балиха круто переменилась, он словно живьем попал в тот самый Саг-Аш-Саг-Ана. Его каждый день досыта кормили, а если он хотел, то брал сколько угодно добавки. В погребе учителя было несметно припасов и стоял такой холод, какого не бывает даже зимними ночами.

Еще Балих повадился подглядывать за молодыми рабынями и наложницами учителя. Ему уже исполнилось четырнадцать, и его чресла горели огнем при виде одалисок Шахшанора. Сам-то учитель Креол в свой гарем почти не заглядывал, и Балих подозревал, что на самом деле он дряхлый старик, который магией убрал из бороды седину и разгладил морщины.

Так что бедные женщины скучали. Возрастом они годились ему в матери, но Балих все равно охотно бы скрасил их досуг, если бы не боялся, что тогда учитель подвесит его вверх ногами и надрежет вены.

Сам-то он уж точно бы такого не простил.

Но взгляды еще никому не причиняли вреда, и ученик мага почти каждый день прокрадывался на женскую половину. Он нашел удобное место за раскидистым кустом, и когда наложницы выходили погулять в сад, Балих замирал, следя за их движениями. Жадно примечал каждое колыхание и покачивание, ловил ухом смешки и разговоры. Один раз едва не столкнулся с Хубаксисом, и оба сделали вид, что забрели сюда совершенно случайно, а вообще-то их ожидают срочные дела в другом месте.

Жизнь стала прекрасна и удивительна. Но через некоторое время Балиху прискучило бесцельно слоняться по двору, саду и залам, прискучило жрать в три горла и таращиться на красавиц, на которых можно только таращиться. Ему захотелось самому стать хозяином такого дворца, самому завести гарем и рабов, а потом вернуться в Вавилон и проехаться по родной улице на колеснице, и чтоб дядя с тетей смотрели, и все приятели тоже, и особенно толстый Мегу, который сын богатого виноторговца и поэтому задирает нос.

Но нынешняя жизнь Балиха эту мечту явно не приближала, так что едва ему удалось повстречать Креола, как он почтительнейшим образом изогнул хребет и воскликнул:

— Мир тебе, учитель! Когда ты начнешь меня учить?

— А ты кто?.. — на мгновение опешил Креол, из памяти которого за месяц выветрилась такая мелочь, как ученик.

— Я Балих! — напомнил мальчишка. — Твой незаконнорожденный, но самый любимый сын! Ты обещал раскрыть мне все секреты магии, чтобы я мог дергать за бороды самих богов!.. а-а-ай!..