– Хелена, – сказала Августа, когда сэр Радомир оставил меня с ними. – Мне рассказали о твоих приключениях и о твоей утрате. Твоя храбрость и приверженность делу правосудия заслуживают высочайшей похвалы.

– Благодарю вас, – сказала я, не ожидая такого хвалебного натиска.

Августа печально улыбнулась.

– Это жестокая судьба – потерять возлюбленного. Понимаю, что тебе сейчас больно. Но ты можешь найти утешение в том, что его убийц ждет смерть.

– Этим утром мы получили полные признания от всех троих, – мрачно сказал Вонвальт. – От Фишера, Бауэра и Вогта. Потребуется лишь еще немного времени, чтобы составить обвинения. Суд состоится, но это всего лишь формальность.

– Хелена, – серьезным тоном сказала Августа, прервав меня, прежде чем я успела узнать подробности. – Я хочу обсудить сеанс, который вы проводили с Фенландом Грейвсом.

Я содрогнулась. В хранилище будто бы стало темнее.

– Я надеялась забыть об этом, – сказала я.

Августа кивнула.

– Я понимаю, – сказала она, – но… – Она помедлила, подбирая правильные слова. – Твои видения. И сны. Боюсь, они могут оказаться важными.

– Я рассказал Реси о том, что ты видела, – вставил Вонвальт. – О леди Кэрол, душившей двуглавого волчонка. И о вмешательстве Эгракса.

– Ты видела что-нибудь еще? – спросила Августа. Она говорила мягко, но смотрела на меня так напряженно, что мне стало страшно.

– Нет, лишь болото и воронку в небе, – сказала я и описала все настолько подробно, насколько смогла. Когда я закончила, Августа помрачнела. Она откинулась назад и ненадолго задумалась.

– Много лет назад я исследовала записи о загробном мире, хранящиеся в Библиотеке Закона в Сове, – сказала она. – Я читала о Кейне и Великом гвородском Море. Тебе известно, о чем я говорю?

– Я слышала о Кейне, – сказала я, – но не о море.

– Значит, ты не очень-то внимательно слушала мои уроки, – строго сказал Вонвальт. Августа и я не обратили на него внимания.

– В таком случае ты знаешь, что Кейн был Правосудием и одним из самых мудрых и ученых юристов нашего Ордена, – сказала Августа. – Он умер около века назад, но его работы составляют своего рода ядро догм, вокруг которых по сей день строится большинство наших практик. Кроме того, Правосудие Кейн был одним из лучших некромантов Ордена. Легенда гласит, что он мог общаться с умершими так же легко и свободно, как мы сейчас говорим с тобой.

– Я не могу представить ничего более страшного, – сказала я.

Вонвальт и Августа мельком переглянулись.

– Этот процесс не всегда столь неприятен, – сказала она. – Грейвс – редкий случай.