— Девчонки! Так не пойдёт! Бросаем добро в угол!

Он подал пример и стал освобождаться от разгрузочного жилета.

— Ты прав, — Мирра тут же последовала его примеру, — надо отбросить мысли о войне, иначе всё бес толку! Мы так и будем в испуге шарить глазами по сторонам, вместо того, чтобы заниматься делом!

— И то верно. — Амма охотно сбросила рюкзак с плеч, выпрямив с наслаждением ноющую от напряжения спину. — Мы учёные, мы учёные, надо повторять это быстро-быстро, и тогда, может быть, удастся даже поверить в этот самообман…

Все припали к монитору, глядя на изображение из вражеского логова: как Хельга и её отряд ориентировались в этом хаосе тёплого льда, в котором сливались в одно неразличимое целое и стены, и коридоры, и провалы, ведущие на нижние этажи, оставалось для живого человека загадкой.

Элан повернулся к Мирре:

— Слава Небесам, что не пошли — шею свернули бы вмиг!

— Ага, — протянула потрясённая женщина.

Сооружение поражало воображение и масштабом, и скоростью возведения.

— По мере удаления от входа выделения, из которых и соткано всё гнездо, становятся прочнее и менее гибкими, — послышался в наушниках голос Хельги. — Очевидно, стройка шла с востока на запад, и вход, через который мы проникли, был сооружён последним. Завершающий штрих, так сказать.

Их смелый рейд внутрь гнезда транслировался на другой континент, где, наверно, тысячи учёных и военных с замиранием сердца следили за каждым шагом исследователей.

— Тела жертв уложены очень грамотно и рационально, — в камерах поплыло изображение весьма упорядоченных ячеек, где в клейкой массе застыли мёртвые обитатели леса. — На верхнем этаже нет никого крупнее волка, на среднем небольшие копытные и много людей.

Хельга вела жуткий рассказ о своих «путевых наблюдениях» ледяным тоном.

— На первом этаже крупные животные: лоси, медведи, даже домашний скот попадается.

— Это что, кладовая на чёрный день? — не выдержал один из министров.

— Нет, это роддом, где в мёртвых телах вызревают зародыши чудовищ. Клейковина, явно органического происхождения, служит, судя по всему, консервирующей субстанцией. Даже самые старые тела животных, которые сюда затащили явно почти неделю назад, прекрасно сохранились.

Наставница специально почти не показывала наиболее жуткие картины из залов, до отказа набитых человеческими телами, но и от увиденного волосы вставали дыбом.

— Так вот, почему у особей нет органов размножения, — вставил Элан, — они — просто рабочие и бойцы, а кто-то неустанно нашпиговывает жертв зародышами! Вот только кто?!

— Эту тварь мы ещё не видели — голову даю на отсечение. — Мирра не спускала глаз со страшных кадров. — Прямо как в фильмах ужасов, из тех, что нам показывали на уроках психологии!