После напряжённого марша и боя, когда душа и тело чуть отходят от чудовищного напряжения, у бойца часто просыпается зверский аппетит, и эволэки исключением не стали. Но, приходилось терпеть, ибо то, что открылось взгляду исследователей, непроизвольно вызывало рвотные позывы даже у закалённых контактёров с Океанесом.

Внутри каждого тела, свернувшись калачиком, притаилась едва подающая признаки жизни тварь. Ещё абсолютно нагая, какая-то рыхлая, аморфная в коконе из плевы, но уже живая и растущая, она словно червяк медленно двигалась внутри жертвы, пожирая внутренние органы.

— Так вот, как всё происходит! — заметила Амма, когда скальпель распорол брюшко совсем ещё молодого кабанчика, и на стол вывалились внутренности и крошечный, сантиметров тридцать, пришелец.

Мирра тут же щедро окатила детёныша спреем, который убил и заморозил молотоголового:

— Очевидно, в начальной стадии зародыш питается внутренностями, а потом, созрев, поедает остальные ткани в своей ячейке.

В свете прожекторов действо, сопровождающееся потоками крови, расчленёнкой, появлением на свет маленьких, мерзких в своей хищной беспомощности тварей, производило на всех удручающее впечатление. Даже солдаты с нескрываемым омерзением и страхом отводили взгляд, что-то бормоча себе под нос, а то и просто матерясь, проклиная пришельцев.

— Это довольно большой запас пищи, — заметил Элан, отсекая пилой конечности хрюшки.

Ноги и копыта только занимали лишнее место, мешая упаковать тушу в герметичный кофр, и команда не особо церемонилась. Надсечь плоть, отпилить кость, или разрезать сустав, и оставалась только кровоточащая культя или огромная рана. После съёмки, сопровождаемой короткими комментариями, тело укладывали в пластиковый «гроб», закрывали его, и закачивали хладагент.

У шатра медленно, но верно, рос штабель из кофров. Ибисовцы действовали холодно и методично. Первым был обследован верхний уровень. Из ячеек доставали небольших теплокровных обитателей леса, домашних собак, коз, поросят, кого тут только не было! Казалось, что пришельцы решили создать фантасмагорический музей фауны Новой России, и немало в своём стремлении преуспели.

Хельга со своей командой, не торопясь, двигалась от самого «старого», построенного первым, крыла гнезда, спрятанного в глубине каньона. Собирали, не ленясь, по нескольку одинаковых образцов, четыре-пять волков, столько же собак, поросят, оленят, и так далее — было жизненно важно узнать, есть ли отличия в вызревании детёнышей чудовищ в телах разных существ, или им всё едино? Бойцы и сирины вытаскивали страшные находки из гнезда, и переносили на руках или по воздуху к огромному шатру, где без устали мелькали в ярком свете окровавленные скальпели, жутко визжали, вгрызаясь в кость, пилы.