Только когда Аврора уже коснулась своим холодным диском гор, возвещая скорое и стремительное наступление ночи, удалось завершить первый этап, и решили сделать перерыв. Спешить было некуда — воздушная разведка всё так же неустанно утюжила небесные просторы, но, вроде всё было спокойно, — и друзья вышли на свежий воздух, с наслаждением сбросив маски и респираторы.

— Да, — протянула Амма, раскуривая сигарету, — плохи наши дела. Вызревание детёнышей занимает едва ли больше месяца-полутора, и на свет появляется маленькая проблема, которая через несколько месяцев вырастает в большую проблему.

— Нам ещё много предстоит узнать о структуре иерархии стай, — заметила Мирра. — Очень многое зависит от внутренней организации: помогают ли взрослые особи детёнышам встать на ноги, или те предоставлены сами себе, встречается ли вообще, и если да, то насколько часто каннибализм, как все эти факторы влияют на рост численности популяции. Вопросов ещё слишком много!

Амма кивала в ответ, но с саркастической улыбкой, явно не разделяя надежд бывшего лидера Клана Воды на лучшее:

— Интуиция мне подсказывает, что ответы на эти вопросы нас не обрадуют.

Элан не участвовал в полемике, а с интересом смотрел на свою крылатую дочурку. Лесавесима сидела недалеко от подлеска и всматривалась в пустоту. Острое зрение кицунэ ясно видело её сосредоточенную неподвижность, ушедший глубоко в себя взгляд.

Лис сдернул с себя перепачканный кровью живых существ костюм, и решительно направился к летунье. Та никак не отреагировала ни на звук торопливых шагов за спиной, не дёрнулась, когда рука папани коснулась перьев на лебяжьей шее.

Что случилось?

Веки звёздных глаз едва заметно дрогнули, потом моргнули, стряхнув несколько снежинок.

Такое ощущение, что на меня кто-то смотрит…

Элан чуть отпустил свои чувства, дав им сделать всего пару шагов от бренного тела, как шерсть на загривке встала колом, а хвост в испуге встопорщился, стараясь казаться больше и страшнее. Только вот, страшно было ему самому.

Так, наверное, может испугаться спелеолог, в абсолютной темноте пещеры нашаривший рукой пасть притаившегося огромного питона. Кицунэ невольно попятился, вцепившись в шею серой молнии, и таща её за собой, но потом замер. Глаза заметались по изрытому большими и малыми воронками полю, по подлеску, уши настороженно ловили малейшие звуки, с раздражением стараясь отсеять шум проезжающего мимо грузовика, нос тянул холодный воздух, но… Ничего. Запах застуженного морозами леса, крови, выхлопов бронемашины, человеческий пот, перегретая от натужной работы электроника. Откуда тогда тревога…