— Нет, это все.

— Замечательно, — расслабился староста. — Не очень-то хочется привлекать еще больше внимания странными закупками. Ну и, надеюсь, ты будешь помалкивать о нашей сделке, когда тебя схватят.

— Меня не схватят.

— Ну-ну… Впрочем, тебе все равно никто не поверит.

Ахин почувствовал усталость. Быть может, сказывалась слишком долгая дорога, вернее — бегство. Да и переговоры с непривычки вымотали его. Но что-то подсказывало, что дело совсем не в этом. Он чувствовал себя ополовиненным — темные аспекты слившейся сущности как будто отгородились от всего, бросив обессиленное человеческое тело. Они все еще внутри него, им никогда не перестать быть единым целым, однако интуиция заставила их полностью скрыться, впасть в анабиоз. Но зачем?..

Дверь приоткрылась. В кабинет протиснулся один из сыновей старосты и уставился на отца выпученными глазами, тыча пальцем куда-то в сторону коридора:

— Там… это…

— Ну, что? — недовольно поморщился Орин. — Говори!

Громила набрал побольше воздуха в грудь и резко выдохнул:

— Атлан пришел.

Лицо старосты не просто побледнело, а стало практически белым. Если бы не крепкое здоровье, редкое для его возраста, он бы точно скончался этой ночью. А ведь она еще не закончилась…

— Кто? Где?

— Атлан, — несколько раз кивнул его сын. — Уже у дома. С ним солдаты.

— Что он тут забыл? — опешил Орин, но, посмотрев на одержимого, проворчал: — А, ну да.

Ахин стоял в центре кабинета и покачивался на вялых ногах, потеряв чувствительность и способность связно мыслить. Похоже, Ферот пытался обнаружить присутствие сил Тьмы своими атланскими трюками, но вряд ли у епископа что-то вышло — темный дух среагировал быстрее и спрятался. Увы, одержимого все еще можно просто увидеть.

Диолай, схватившись за меч, метался от стенки к стенке, а потом, наткнувшись на Ахина, пробормотал: «Ага, точно», — и замахнулся, намереваясь ударить его рукоятью по затылку. Вскочившая с места Аели еле успела поймать руку сонзера. Сердито шикнув, саалея обратилась к вошедшему в кабинет громиле:

— Гатляуры с ним?

— Нет, — он отрицательно помотал головой, замер, задумавшись на мгновение, и еще раз, уже более уверенно, тряхнул сальными волосами: — Нет, кошек там нет. Только атлан и солдаты-люди.

— Ты сказал ему что-нибудь?

— Нет. Как? Ему ж еще не открыли.