— Ясно. Большое спасибо, — Ахин машинально пошарил по карманам, хотя деньгам там, естественно, взяться неоткуда. — И… эм… староста Орин все оплатит.

— Действительно? — наигранно удивилась Илакая. Поразительно, как она может так ярко выражать эмоции одним лишь голосом и половиной лица?

— Ну да.

«Конечно нет».

— Как скажешь, — уголок ее рта дернулся вверх. — Но деньги мне все равно не нужны.

— Да, я мог бы догадаться, — пробормотал Ахин, бросив быстрый взгляд на выход.

Надо что-то предложить ей взамен. Наверняка у парализованной пожилой женщины есть какая-нибудь просьба. И скорее всего, не одна… Но можно ведь просто уйти. Именно так одержимый и собирался поступить, но внезапно наткнулся на свирепый взгляд Аели.

— Даже не думай, — прошипела саалея.

— Э-э-э…

— Ты вроде сказал, что готов помочь тем, кто помогает тебе.

— Да, сказал, — поиграв желваками, подтвердил Ахин.

— Так отвечай за свои слова!

Медленно выдохнув, он беспомощно развел руками и повернулся к знахарке.

— Да брось, ты мне ничего не должен, — опередила его Илакая. — Я ж тебе всего лишь пучок травы дала. А так за мной Налья присматривает, ни в чем я не нуждаюсь.

— Кто?

— Оринова жена.

Ахин снова окинул комнату внимательным взглядом. Пыль, грязные одеяла, холодный очаг.

— Вижу я, как она присматривает… Когда хоть приходила в последний раз?

— День назад, — знахарка задумчиво прищурилась. — Или два. У прикованных к кровати людей время течет немного иначе.

— Бабуль, ты же голодна! — воскликнула Аели. — Тебе надо поесть. И попить!