Они шли так долго, что под конец Максиму уже стало казаться, что серой равнине не будет конца, либо они идут не в ту сторону, в самое сердце Долины Сахарных облаков. Но стоило ему открыть рот, чтобы высказать свои опасения вслух, как облака начали подниматься выше, редеть, между ними появились прорехи, и, наконец, они остались позади. Как только исчезли последние клочки облаков, путь ребятам преградил покосившийся забор из железной сетки, рыжей от ржавчины, с намотанной по верхнему краю колючей проволокой. Истертые буквы на деревянной табличке сурово предупреждали: «Опасная зона. Проход строго воспрещен. Уровень допуска Альфа». Сетка была изрядно помята и порвана, были и дыры, достаточно большие, чтобы в них можно было пролезть.

Как только «опасная зона» осталась за спиной, под ногами тут и там стала появляться трава, сначала отдельными пучками, бурая и жесткая, но по мере их продвижения вперед становящаяся все гуще и зеленее. Блеснуло солнце, и как только гладкая поверхность стеклянного шарика поймала его лучи, талисман моментально покрылся сетью мелких трещин и с тихим шелестом рассыпался в пыль. И в этом звуке было что-то ободряющее, словно теплый привет от хорошего друга.

— Спасибо тебе, Синяя Рыба, — прошептали ребята.

Музыкальная шкатулка

Музыкальная шкатулка

Вика убрала волосы со лба, и присела отдохнуть на круглый серый валун, вросший в землю у края тропы, но тут же с визгом вскочила, потому что камень вздрогнул и отполз в сторону, сердито ворча:

— Никакого почтения! Я что тебе, табуретка?

Девочка с опаской приблизилась к говорящему камню.

— Гляди! Здесь какие-то письмена! Похоже на указатель…

— Ага, направо пойдешь — богатым будешь, налево пойдешь — женатым будешь, — хмыкнул Максим. — Я читал эту сказку.

— Да нет! — Вика провела рукой по шершавой поверхности камня. Дожди и ветер за долгое время сделали свое дело: выбитые на камне строчки, когда-то ясные и четкие, сейчас почти невозможно было разобрать. Если бы они были не в Абсолюте. Она прищурилась, настраивая свое зрение на спектр, в котором было видно астральную сущность предметов.

— Здесь написано… «Белый Дворец — 78 УМЕ, Бездонное Озеро — 42 УМЕ, Кондитерская фабрика — 6 УМЕ.» — Вика подняла глаза на товарища, — Что, интересно, такое УМЕ? Очевидно, какая-то единица измерения.

— «Е» — значит «единица», — авторитетно объяснил Максим, — А «У» наверное, «условная».

Валун беспокойно закряхтел.

— Указатель устаревший, — протянула Вика разочарованно, — Кондитерской фабрики давно нет.

— Сами вы устаревшие, — проворчал валун, — В меня загружена последняя версия путеводителя, а также картографического и адресного справочников. Я могу ответить на ваши вопросы о любых маршрутах.