Арко Сигвальд (Орвик, рядовой восьмого отряда столичной стражи). Эверран, Анвай

Арко Сигвальд (Орвик, рядовой восьмого отряда столичной стражи). Эверран, Анвай

Река предупреждала низким рокочущим голосом, река хищно щерилась острыми осколками скал. Живая, совсем живая… Холодная и чистая, словно горный хрусталь или зимнее небо над Сигвальдом – зимой дома всегда ясно и холодно. Арко закрыл глаза, вдохнул несколько раз, отпустил веревку и прыгнул.

Нет, не хрусталь – смола. Вязкая, клейкая, плотная, через нее так трудно оказалось продраться… И совсем не холодная! То есть первые пару вдохов – да, Сандара казалась совершенно ледяной, но теперь, напротив, обжигала. А может, это легкие горели изнутри.

Неважно, главное, плыть, и река отпустит. Самое главное – не сдаться течению. Арко уже проделывал подобное. Давно, лет пять назад, пришлось вытаскивать свалившегося в воду солдата. Течение в безымянной речке близ Аннея было поспокойнее, зато случилось все ранней весной, когда еще не везде сошел лед. Ничего, выплыл.

Ну же, сестра Вода, помоги, дозволь мне жить!..

Сандара гневалась. Она предупреждала, но человек не послушал, ступил на ее территорию. В груди пекло так, что уже не вдохнуть, тело начинало неметь. Как странно: если горячо, отчего же тогда он будто парализован? А еще начинает клонить в сон… Ничего! Нужно только плыть, а там все пройдет. Плыть…

Вдруг показалось, что река расступилась, разомкнулась, оставляя ему узенький коридор. Стало легче. Настолько легче, что Сигвальд собрался с силами и потянулся к магии. Он же понимал, что времени у него почти не осталось, еще чуть-чуть, и никакой дар ему уже не поможет, так что лучше воспользоваться им сейчас – незаметно, как тогда, с Аматом. Только ни беса не получилось.

Снова навалилось, сдавило, смяло. Он продирался через эту вязкую и плотную смолу и чувствовал себя мошкой, заключенной в янтарь. Небесные горы… Брат Огонь, сестра Вода!.. Помогите, не оставьте… В воспаленный рассудок ввинчивались голоса – Альвира, Ренена, этого мальчишки, Рик, кажется, или как там его зовут?.. А потом почему-то – Таялы. Волшебница пела – негромко, мелодично. Арко уже ничего не видел, он давно перестал понимать, куда грести, он даже не знал, где верх, а где низ… Он просто плыл теперь на ее голос.

А потом все закончилось, и на Арко надвинулся высокий, обрывистый берег.

Пальцы не слушались, мускулы отказывались повиноваться. Он хватался за торчащие корешки и ветки, резал ладони и совсем не чувствовал боли. Если сейчас он сорвется, то второй раз уже не выплывет – он хорошо понимал это, но страх и сожаление едва касались рассудка.