Малик удивленно посмотрел на Аминату.

– Ты все это организовала всего за пару часов?

Та пожала плечами.

– Я организовывала и более трудные побеги – и за меньшее время.

– Спасибо.

– Не благодари. Я делаю это не ради тебя. Карина – не подарок, но это моя Карина. Я так долго готовила ее к трону не для того, чтобы она умерла вот так. Дай мне веревку. – Ее лицо смягчилось, когда она стягивала принцессе руки и ноги. – Карина, не шевелись некоторое время. Хорошо?

Принцесса застонала, но не сопротивлялась. Амината и Ханане быстро, но тщательно завернули ее в покрывало. Когда они закончили, вместо Карины на кровати лежал как будто настоящий, приготовленный к сожжению труп. «Как она дышит под этой тряпкой?» – подумал Малик.

– Очень важно, чтобы ты вел себя как обычно. Не показывал, что нервничаешь. Ты справишься? – резко спросила Амината. Первой мыслью Малика было: нет, он не справится. Но затем он вспомнил, что его праматерь долгие годы провела при кеннуанском дворе в окружении врагов, не выдав себя ничем.

Он сглотнул и кивнул:

– Справлюсь.

Взглянув на Карину в последний раз, Амината вышла из комнаты, чтобы предупредить их, когда приедет чумная телега. Карина пошевелилась, и Ханане положила руку на скрытую под белым саваном голову.

– Ты ведь понимаешь, что я подчиняюсь Фариду не потому, что хочу, да? – прошептала она, и Малик не понял, кому предназначались эти слова – ему или ее сестре. Она горько усмехнулась. – Я думала, что он успокоится, если я дам ему то, чего он хочет. В итоге я отдала ему все, но этого оказалось мало. Даже после смерти он не оставил меня в покое. В отношениях с Фаридом у меня никогда не было выбора.

Малик осторожно дотронулся до ее руки, давая ей понять, что понял все, что она произнесла и не произнесла.

– Выбор всегда есть. Даже если мы потеряли все остальное, он остается. Фарид пытался сломать всех нас, все троих, но мы здесь.

Ханане опустила голову, но не отошла. Она снова посмотрела на Карину, и печаль на ее лице сменилась яростью.

– Он слишком многое у меня забрал. Ее он не получит.

– Пойдем с нами, – вдруг сказал Малик. – Мы отвезем Карину к знахаркам, а когда она выздоровеет, придумаем, как остановить все это безумие.

Это вряд ли было осуществимо, но Малик не мог вынести мысли о том, чтобы придется оставить Ханане.

– Ты можешь выбрать себя. Можешь уйти.

Должно быть, никогда Ханане не говорили таких слов, что-то в ее лице прояснилось, и она кивнула. Развязав один из мешков, она показала, что там лежит и флейта.