– А если он не успокоился и не успокоится? – процедила Карина. – Сколько ты еще будешь позволять ему делать все, что он хочет, только потому, что ты ему небезразлична?
У нежити дрогнула нижняя губа.
– Все не так просто.
– Да ну? А мне вот кажется, что все именно так просто. Если в этом мире и есть кто-то, кого Фарид мог бы послушать, то это ты. Но это ты всегда слушалась его. Когда все закончится, когда я буду мертва и не буду мешаться под ногами, ты взойдешь на трон. Но зачем тебе это, если управлять государством будет все равно он?
Тварь, которая не была ее сестрой, судорожным движением разгладила подол платья и сказала:
– Мы с Фаридом близки, но… это не то, что ты думаешь. Как мне это объяснить? Фарид, он… Я…
– Тебе не обязательно объяснять, что ты доверяешь ему больше, чем мне. Я это всегда знала.
Нежить отшатнулась, как будто от удара.
– А как мне тебе доверять, когда ты так все усложняешь? – воскликнула она. – Насколько было бы проще, если бы ты просто осталась в Зиране после Солнцестоя!
– То есть ты хочешь сказать, из-за того, что я сбежала из города после того, как меня обманули и попытались убить, я достойна меньшего доверия, чем человек,
Карина выкрикнула последние слова изо всех сил, не заботясь о том, что их может услышать тот человек, о котором шла речь.
– Что? – прошептала нежить.
– Фарид убил нашу мать! Это он устроил переворот! Он манипулировал мной, чтобы в конце концов убить Тунде и использовать его сердце для того, чтобы вернуть тебя к жизни! Я понимаю, в это невозможно поверить, но Фарид именно так и действует! Он манипулирует окружающими, строит страшные планы и извращает правду. Он притворяется, что его цель – общее благо, но на самом деле он просто добивается того, что хочет, не заботясь о цене.
Карина задыхалась – признания забирали у нее слишком много сил.
– Всю жизнь после пожара я ненавидела себя за то, что сделала с тобой и баба, хотя и не помнила, что это я виновата в вашей гибели. Но я клянусь могилами всех цариц Алахари – клянусь могилами матери и отца, – что я не убивала мать, хотя Фарид и утверждает обратное.
Карина тяжело опустилась на кровать – приступ ярости сменился опустошением.
– Теперь ты знаешь две правды – мою и Фарида. Придется выбрать из них одну.
В комнате повисла тишина. Глаза нежити стали круглыми, как монеты. Затем нежить открыла рот, чтобы что-то сказать, но Карина ничего не услышала – она упала на кровать, и ее окутал мрак.