Карина была одета в традиционный эшранский костюм для верховой езды, состоявший из шерстяных штанов и длинного, разрезанного по бокам платья. Она чувствовала себя свободнее, чем обычно, – длинные волосы наконец ей не мешали. В руках она сжимала альгаиту. Она стояла неподвижно, но внутренне была далека от спокойствия. Вчера вечером мысль о том, чтобы пробудить спящую в Ханане силу и направить ее против Фарида, не казалась Карине такой уж безумной. Но сейчас она понимала, что им следовало бежать, пока была возможность. Глупо, глупо, она всех ведет на убой…

Кто-то дотронулся до ее плеча. Она обернулась и увидела Малика. Он великолепно выглядел в черно-золотом наряде в местном стиле и смотрел на нее так, что ей захотелось спрятать его в каком-нибудь укромном уголке горы, чтобы он пережил предстоящее столкновение с Фаридом. Он вызвал скипетр из татуировки и передал его ей.

– Что бы ни случилось, я с тобой до конца, – сказал он. Нервный спазм в груди Карины ослаб. Раз она сама не верит в себя, то будет верить в то, что в нее верит Малик.

Они почти одновременно осознали, что, быть может, видят друг друга в последний раз. Малик не меньше нее хотел выступить против Фарида – после всего, что тот с ним сделал, – но чтобы ее план сработал, он должен находиться в другом месте.

– Карина, я… – начал он, но не успел продолжить – она поцеловала его, не заботясь о том, что на них смотрит весь лагерь. Карина вложила в этот поцелуй все, что произошло между ними, и все, что может никогда не произойти, и по его ответу поняла, что он сделал то же самое.

– Не вздумай умереть, – сказала она, когда они оторвались друг от друга. Малик в последний раз поцеловал ее в лоб и отправился навстречу своей битве. А она – навстречу своей.

Для Обряда Воскрешения нужен был огонь. Обряд Обновления требовал воды.

Поэтому Карина и выбрала для встречи с Фаридом озеро на самой вершине горы Мираззат. Это было самое холодное место во всем Сонанде, кроме Края Снегов. Берег озера замерз и был белым от снега. Снег лежал и на чахлых кустах, росших на каменистой почве. Малик рассказывал, что, по эшранским поверьям, это озеро образовалось в начале времен, когда Великая Мать прижала к вершине горы большой палец и пролила слезы радости при виде мира, который ей удалось создать.

Солнце поднялось над горизонтом, и тут же Фарид показался из-за гребня скалы, окружавшей озеро. По обеим сторонам от Фарида двигались Стражи в количестве около двух десятков. Рядом с ним ехала Ханане с напряженным, осунувшимся лицом.

– Ты, как всегда, пунктуален, – сказала Карина, когда он остановился в нескольких шагах от нее.