Регинцы не рискнули вступить в лес, поэтому путь на юг им остался один. Армия бредет восточным берегом, между лесом и длинным обрывом в Море. Местность хороша для засад, и обе стороны это понимают. Лучницы Дельфины не застанут регинцев врасплох.
Заметили. Кричат, угрожая, выхватывают мечи, пропускают вперед своих лучников. Пора.
— Алтимар! — призывает Дельфина. — Инве! Арида! Вперед,
Словно эхо, детский голос Имы:
— Инве! Арида!
Осенний воздух пропитан жаждой крови, сотня женщин едва не рычит в предвкушении. И вправду свора сук, сорвавшихся с цепи. А между ними Нела, приемная мышка. Достаточно меткая лучница, никчемный воин, если дойдет до схватки лицом к лицом. Что-то новое видит Дельфина в названой дочери, что-то сильнее и хуже страха. Протест, решимость, но не ту, что ведет в бой. Смелость приговоренного к казни, отчаяние в серых глазах: “За что мне все это???”
— Алтимар! Арида!
Стая стрел и ответная стая, одна вонзила хищный клюв в сосенку, что закрыла собой Дельфину. “Спасибо тебе, дерево”. Срывается со скалы всадник на подстреленной лошади, падает и не встает женщина рядом с Дельфиной. Для конной атаки местность мало пригодна, и островитяне используют преимущество. Дорога перегорожена поваленными деревьями, лучницы отступают за укрепление. Будут вместе с мужчинами защищать его, удерживая регинцев, сколько возможно. Не важно, что скоро им придется бежать, важно, что по всей дороге там и тут звучит клич:
— Алтимар! Арида!
Регинская армия, уязвимая в походе, растянулась на многие мили, и атакована в пяти или шести местах. Еще один отряд ударил по арьергарду — пинок под зад, как сказала бы Тина. Так волчья стая бросается на огромного медведя, так дровосек рубит вековой дуб — удар за ударом. Регинцы не выкованы их железа, их стойкость не беспредельна.
— Алтимар! Арида! Дельфина!
Она кричит вместе со всеми и не сразу понимает, что ее имя стало боевым кличем. Теперь регинцам известно, как зовут Морскую Ведьму. Машинально ее губы шепчут гимн, что распевают молодые Жрицы перед Святилищем. Поначалу тихо, потом, видимо, вслух, потому что
Стрела, более коварная и везучая, чем другие, находит бок жеребца — и на миг затаивают дыхание воины обеих сторон. Жеребец валится и бьется со злобным ржанием, и под ним — Молодой Герцог. Неужели убит? Дельфина вспоминает тучи комаров на реке Фло. На них похожи десятки стрел, что усеивают труп коня, жалят землю вокруг Гэриха, мертвого или оглушенного. На богатом сеньоре, быть может, лучшая в Регинии кольчуга, и само тело коня прикрывает его. Но шлем свалился при падении, кольчужный капюшон откинут. Всего одна стрела нужна в голову! Никогда Дельфина так не желала кому-то смерти. Один верный выстрел — и, быть может, регинцы повернут назад, оставшись без предводителя.