Уни сглотнул. «Ну вот, вечно я что-нибудь да забываю!»

– Конечно, энель посол, вы посол, то есть я хотел сказать, что это именно вы…

Его объяснения были прерваны неожиданной активностью Такатина. Он заговорил, как и прежде тщательно акцентируя внимание на каждом слове. Уни постарался собрать все силы и выдать максимально точный перевод:

– До заката в город прибудем. Расстанемся там. Проводник – это не здесь. Слов мало, но мыслей много рождают они. Взрастите их, и они откроют вам путь. Тогда узнаете, кто вы на самом деле.

Дипломаты покидали каюту вирилана обескураженные. Уни даже не отреагировал на дежурный укол Гроки о точности перевода. Любые планы и ожидания в этом новом мире рушились, не успев родиться.

* * *

– И вот это – город? – нервно спросил Гроки, оглядываясь по сторонам.

Уни впервые за всю поездку был готов согласиться с этим наименее приятным для него членом посольства. Место, где их высадил Такатин, напоминало скорее сельскую пристань, которую окружали поросшие деревьями холмы. В редких пробелах этой свободно разлитой по округе растительности угадывались очертания жилых построек, впрочем, настолько размытые, что составить полное впечатление об особенностях местной архитектуры издалека не представлялось возможным.

– Меня сейчас больше интересует, как это он нас так просто отпустил… – вполголоса начал рассуждать энель Богемо.

– Что значит – отпустил? – стал было возмущаться второй посол. Начальник охраны Хардо тоже посмотрел на торгового посланника, оглянулся и как-то незаметно сжал пальцами рукоятку меча. Стифрано, словно неосознанно подражая ему, тоже потянулся к оружию.

– Отпустил, потому что чисто юридически мы все еще его собственность, – спокойно парировал Богемо. – Кстати, энель Вирандо, во сколько там в итоге оценили наши бренные души?

Все дружно перевели взгляд на Уни. Тот не нашел ничего лучше, чем покраснеть и запинаясь, сбивчиво сказать:

– Н-не знаю, если честно. Там… этим всем… ну в общем, Видруштий занимался, я в детали не вникал…

– Конечно-конечно, вы ведь не опускались до столь малозначительных подробностей! – не упустил возможности съязвить Гроки. – Продали нас, как рабов, да еще и вслепую, на полный откуп капоштийцам! Ясновеликий владыка будет очень доволен!

– Я что, для себя, что ли? Мне и в голову не пришло, что здесь может быть какая-то личная выгода, комиссионные…

– Ну и дурак! – прошептал Богемо.

– Ладно, хватит! – напомнил наконец о своей руководящей роли посол Санери. – Сделка-то фиктивная, на пол-леро не тянет.

Он вытащил из-за пояса платок и несколько раз промокнул свой слегка выступающий лоб, на котором, по правде сказать, не было ни капли пота.