– Впустила сюда этих неотесанных мужланов, – говорит она пренебрежительным тоном. – Взяла их деньги. Ну, выбор был не мой. Наша школа, как ты знаешь, частично финансируется государством. Когда правительство заключило контракт с этими ужасными людьми, у меня были связаны руки. Единственное, что оставалось, – это начать вывозить вещи.

Она берет другой лист с гимном и начинает напевать «Приидите же, о, все верующие» своим тонким, ломающимся, старушечьим голосом.

– И… что же нам теперь делать?

– Здание принадлежит мне. Но, боюсь, они уже выкупили часть контракта.

Я вспоминаю слова Аарона о том, что у «Детей Бригитты» имеется множество ресурсов и развитая инфраструктура. О том, что они могут позволить привлекать для решения любого вопроса сколько угодно денег и людей, пока не одержат победу.

– Adéste, fidéles, laeti triumphántes, – поет она и совершенно случайно задевает и роняет на пол несколько бумаг, поднимая в воздух клубы пыли и плесени.

Я тут же бросаюсь ловить листы и складываю их обратно в стопку.

Сестра Ассумпта садится на скамейку и откидывает крышку старого пианино – большой коричневой деревянной штуки, которую с первого взгляда я приняла за шкаф. Сестра кладет свои узловатые руки на старые пожелтевшие клавиши и извлекает чистые, негромкие аккорды. Я вспоминаю, что несколько лет назад, когда я только поступила в школу Святой Бернадетты, она играла рождественские гимны на ежегодной мессе.

– Veníte, veníte in Bethlehem. Пой, Мэйв. Уже почти Рождество.

Я не знаю латинских слов гимна «Приидите же, о все верующие», поэтому бормочу английские. Она продолжает смотреть вверх, подняв брови, и громко говорит:

– Еще раз. Еще. Громче.

– Давайте же преклонимся перед ним, – пою я, чувствуя, как щеки у меня покрываются румянцем. – Приидите, преклонимся перед ним.

Сестра Ассумпта продолжает снова и снова извлекать аккорды, несмотря на то, что у меня закончились слова.

– Разве это не прекрасно, Мэйв? – воодушевленно произносит она.

Глаза ее сияют. Руки ее обнажены, кожа тонкая, вены узловатые, но видно, что сила в ней еще есть.

– Наверное, так и следует поступать, я думаю.

– Как поступать?

– Возносить хвалу, – еще энергичнее ударяя по клавишам. – Хвалить. И благодарить.

Она играет до конца песни.