Маршалл вышел из комнаты до того, как Венедикт успел понять, какой именно у них план. Лодыжка Венедикта заболела еще сильнее, когда он ускорил шаг и догнал Маршалла в длинном коридоре, ведущем в вестибюль.
Вдруг он остановился как вкопанный.
– Марш.
– Она там. Надо просто подняться на второй этаж. – Маршалл показал на лестницу, не замечая ужаса на лице Венедикта. – Мы…
–
Маршалл вздрогнул, повернулся и посмотрел туда, куда смотрел Венедикт. За изящной аркой вестибюля их взорам предстала гостиная – камин, в котором не горел огонь, разрисованные цветами вазы и генерал Шу, читающий газету на кожаном диване.
– О, – тихо произнес Маршалл.
Генерал Шу отложил газету. В одной руке он держал нацеленный на них пистолет. На другой его руке была надета перчатка, к тому же он не снял верхнюю одежду.
– Неужели ты думал, что я не замечу, что мое окно широко открыто? – медленно проговорил он.
– Что ж, ты нас поймал. – Хотя Маршалл и был ошарашен при виде своего отца, он быстро взял себя в руки и говорил любезно. Он, не дрогнув, подошел к нему, когда его отец встал. – Ты пообещал, что поможешь мне, что поможешь Монтековым. И вот мы здесь.
Генерал Шу смотрел на Венедикта, изучая его.
– Ты должен помогать им по официальным каналам, – бесстрастно заметил генерал Шу.
– Это и есть официальный канал. Если только, – голос Маршалла стал ледяным, – ты не обманул меня.
Последовала пауза. Было слышно, как тикают напольные часы, и видно, как качается их маятник. Генерал Шу медленно положил пистолет на стоящий рядом стол.
– Мы должны действовать в соответствии с заведенным порядком, – ответил он и снова посмотрел на Венедикта с раздражением. – Мы не можем поступать по принципу «что хочу, то и ворочу». Это тирания.
Как быстро Венедикт смог бы выхватить оружие? Пистолет на столе лежал достаточно близко от генерала Шу, чтобы тот мог схватить его, но в то же время недостаточно далеко, чтобы можно было надеяться, что это не угроза.
– Баба, это простой вопрос, – сказал Маршалл. – Если я прошу тебя помочь, чтобы спасти моих друзей, то ты со мной или против меня?
Генерал Шу небрежно хмыкнул.
– В этом-то и состоит твоя проблема. Ты мнишь, будто все бывает только хорошим или плохим, героическим или дурным. Я взял тебя в дом, чтобы научить управлять людьми, а ты даже не можешь сдержать свое слово.