Светлый фон

Так что, может, и не пропадёт.

«Бывай, – пожал протянутую руку Данилов. – Удачи».

«No pasaran» – произнёс Чёрный на прощание, видимо на южно-американском языке.

No pasaran

Саша так и не понял, в каком направлении скрылся напарник, просто исчез в темноте, будто его и не было.

А сам Саша пошёл искать Анжелу. Так он второй раз за короткий срок совершил предательство, но сейчас хотя бы не убил никого из своих.

Да и отряд, похоже, распадался. Следующая волна врагов может стать последней. Конечно, не потому, что враги закончатся.

Саша уходил, выбирая самые заросшие и запущенные дворы. Он хорошо изучил Остров с того времени, как прибыл сюда «иммигрантом».

Сколько же всего произошло с тех пор!..

* * *

Саша не сомневался, что искать Анжелу в их летней квартире на седьмом этаже бесполезно. Надо идти туда, где живёт её отец.

Улица Наличная длинная, и на её северную часть отряд вышел, но до дома Абрамыча оттуда далеко. Шансов, что позиции «котов» дойдут до нужного Саше места, почти нет.

Давно уже надо было пойти одному и закончить это.

Сама Наличная тянется с севера на юг по всей «Михайловской» половине, но дом Абрамыча расположен немного в стороне. Когда-то, в первый раз, Саша с трудом его нашёл, потому что однотипных рядом стоящих зданий с одинаковыми номерами было несколько, и даже их зелёные, уютные, хоть и немного запущенные дворики были похожи. Света в окнах не было. Электричество, похоже, отключилось по всему городу.

Был не самый тёмный час ночи, но над Островом сгущались тучи, хотя громыхнуть грозой или пролиться ливнем не спешили. Но напряжение в воздухе чувствовалось.

Нуар так уж нуар.

 

А вот и дом из желтоватого кирпича, рядом с заброшенной и заколоченной школой и такой же библиотекой.

Младший крался тенью. У входа во двор увидел тела двух городских стражников и одного «кота». Саша не помнил, как его зовут, хотя лицо было знакомым. У него вообще хреновая память на лица. Почему-то они у него откладывались в голове куда хуже, чем цифры или абстрактные понятия.

Оружия при них не было. Одного застрелили, а остальных, похоже, зарубили.