— Она больна.

Роберт остановился как вкопанный. На верхней площадке лестницы стоял Лайтборн.

— Больна? — переспросил Роберт, с ужасом глядя на него. — Что вы имеете в виду, называя ее больной?

— Она повела себя как глупая девчонка и напилась зараженной крови. Чумная кровь этих смертных для нас подобна яду.

— Когда она пила ее?

— Прошло уже несколько недель. По правде сказать, Ловелас, это случилось, когда вы уехали от нас. Ее это очень расстроило.

Лайтборн слегка улыбнулся, но его пристальный взгляд показался Роберту более твердым, более отчужденным и безжалостным, чем когда-либо прежде.

— Вам стоит поспешить к ней. Возможно, вы послужите тем лучом света, который взбодрит ее дух.

Улыбка стала сползать с его лица.

— В своем беспамятстве она не перестает говорить о вас.

Роберт сразу же помчался в ее комнату. Миледи лежала, свернувшись, словно котенок, в темноте дальнего угла спальни. Ее кожа был смертельно-белой. Когда он опустился возле нее на колени, она попыталась подняться, прошептав что-то скороговоркой и крепко схватив его за руки. Казалось, только в это мгновение она наконец узнала его.

— Ловелас!

Она поцеловала его. Прикосновение ее губ было обжигающе горячим. Затем она неловко откинулась на спину, оказавшись в прежней позе. Мягкий, мелко дрожавший круглый комочек. Ее сорочка, прилипшая к потной коже, плотно обтягивала тело, и Роберта потрясло, как сильно она похудела.

Внезапно Миледи застонала и раскрыла губы, точно младенец, изголодавшийся по молоку матери. Роберт оглянулся и увидел Лайтборна, который стоял у него за спиной.

— Она… — прошептал он. — Как она облизывает губы! Но это ничем не может помочь. Ее язык сух, как песок.

Роберт бросил на Миледи взгляд отчаяния и вспомнил, как всего несколько месяцев назад точно так же смотрел на Эмили.

— Она не… не в опасности? — спросил он.

— Кто может сказать? — Лайтборн пожал плечами. — Очевидно только одно: я никогда прежде не слыхал о подобных вещах. Для меня явился полной неожиданностью тот факт, что кровь может быть опасна для нас из-за того, что принадлежит больному.

— Что же в таком случае необходимо сделать?

Лайтборн усмехнулся.