Она оставила меня одного. Я лег и закрыл глаза. Прошел час, и вдруг я услышал, как она осторожно приближалась ко мне, уловил шуршание ее платья, когда она склонилась к моему лицу. После минутной тишины она выпрямилась, и раздались ее удалявшиеся шаги. Осторожно открылась и закрылась входная дверь, и снова воцарилась тишина. Я вскочил с постели. Книги на полу не было. Я огляделся. Ее не было нигде. Меня это не удивило, потому что я точно знал, куда она делась. Я торопливо натянул сапоги и накинул на себя плащ. Потом следом за Миледи, но гораздо быстрее, чем она, я спустился по лестнице и вышел на ночную улицу.

«…Мне хотелось бы иметь такую книгу, в которой я мог бы найти всякие заклинания и магические формулы, чтобы вызывать духов когда угодно».

— Я видел идущую впереди Миледи, но и только. Единственное, что мне оставалось, — не отставать от нее. Не замедляя шага, она спустилась с холма к реке. Но потом, подойдя к мосту, остановилась перед башнями у входа и что-то шепнула, обращаясь к тем, кто скрывался в тени. Из глубин тени появились две фигуры. Они, как и Миледи, были в плащах, а когда они подходили к ней, я успел заметить блеск их глаз. И я вспомнил, что уже видел эти фигуры предыдущей ночью. Одна из этих таинственных личностей обняла Миледи, и в тот момент, когда незнакомец откинул капюшон, чтобы поцеловать ее, я увидел лицо Лайтборна. Потом он сунул руку под ее плащ и что-то вытащил оттуда. Хотя было очень темно, я догадался, что книга оказалась в его руках. Миледи сразу же выхватила ее, но Лайтборн успел поднести книгу к губам и поцеловать. До меня донесся его радостный смех триумфатора. Спутник Лайтборна что-то шепнул, и я подумал, подкрадываясь к ним в темноте, что это голос Маркизы. Она повернулась ко мне спиной и пошла по мосту; Лайтборн и Миледи последовали за ней рука об руку.

Я мог следовать за ними не дальше входных башен, потому что на самом Карловом мосту не было никакого укрытия. Тени этих башен были единственной гарантией того, что я останусь незамеченным. Миледи остановилась в центре моста. Она достала книгу и раскрыла ее. Я понял, что она начала читать, потому что внезапно ощутил боль в животе, поднявшуюся, как и прежде, волной, которая начисто лишила меня способности мыслить. Но я понимал, что не могу позволить боли свалить меня с ног. Я видел, что Лайтборн и Маркиза закрыли глаза, видел, как их лица приобрели выражение отрешенного восторга, точно такое же, какое появилось на лице Миледи, когда она начала жадно пожирать мысли Джемаймы. И я знал, что теперь так же жадно вдвоем пожирали ее собственные мысли Маркиза и Лайтборн. Потом эти двое стали тяжело дышать, содрогаясь, казалось, всем телом, и Маркиза внезапно выхватила из рук Миледи книгу. Она уставилась на раскрытые страницы, и мне показалось, что я заметил — хотя и не могу сказать, каким образом — вихри чистого, как бы невидимого потока света, бежавшего по прямой линии вдоль моста. Эти вихри как будто проникали внутрь меня и соединялись с болью в животе. Я почувствовал, что вместе с болью плавились и мои мысли, теряясь в вихрях этого света. Потом так же внезапно, как и возникла, боль стала утихать, а могучий поток света поднялся, казалось, до самых звезд и угас среди них.