Эбигейл проследила за моим взглядом, усмехнулась:

– Приручить такого очень сложно. Но если удалось – друга вернее не найти.

Я вскинул брови, и она правильно поняла мой невысказанный вопрос:

– Я пыталась, безуспешно.

Стоило ли в ней сомневаться? Она, с ее бесстрашием и авантюризмом, и в гнездо грифона бы залезла! Я улыбнулся, но мысли быстро стали мрачными. Конвоя для визита к Королеве у нас в планах не было, я не знал, чего ждать, к чему готовиться, а кроме того, не приведет ли задержка к тому, что Эльф нас опередит? Или – ладони свело холодом и болью – нас могли поймать и вести к нему! Я обернулся к Эбигейл, но произнести ничего не смог – меня бы обязательно услышали стражи.

– Скоро будем на месте. – Она кивком указала на выросшие на горизонте башни и башенки.

Королевский дворец, сложенный из белого камня, мягко мерцал в свете закатного солнца; из того же материала мастера-фэйри построили и стены, окружающие его. Я видел немало замков, но даже самые утонченные из них казались просто бесформенными глыбами на фоне ажурного великолепия, представшего перед моими глазами. Над самой высокой, увенчанной тонким шпилем башней плескалось изумрудное знамя, но я не смог разобрать рисунок на нем – так высоко оно было.

Вопреки словам Эбигейл, к воротам мы подошли, когда на небе высыпали первые звезды, а между ними юркими тенями начали сновать летучие мыши. Как ни странно, количество спешащих гостей только увеличилось, и нам пришлось встать в длинную очередь, берущую начало у распахнутых ворот. Наш главный конвоир-провожатый извинился и скрылся среди толпы, чтобы вернуться с отрядом из десяти стражников.

Они окружили нас и повели дальше под возмущенный говор, писк, щебетание и рык. Эбигейл это как будто забавляло, по губам ее блуждала насмешливая полуулыбка, и причин ей я найти не мог. Мне же было не по себе – пестрая толпа вокруг, одновременно похожая и непохожая на привычные мне толпы, пугала. Лица – прекрасные, ужасные, с длинными носами и вовсе без носов, с мелкими зубами и без зубов, зеленые, черные, белые – напоминали лица из кошмарного сна. Я и не представлял, что фей и фэйри может быть так много! Дома, в фамильном особняке, я знал каждое из волшебных существ, и ни одно не казалось мне уродливым и уж точно – враждебным.

– Что, смертный, не так представлял себе Дивный Край? – насмешливо уточнил страж в золотых доспехах.

Я пожал плечами. Как бы я его себе ни представлял, отвечать конвоиру я не собирался.

За первым кольцом стен оказался внутренний двор, мы пересекли его, нырнув в следующие распахнутые ворота, и вышли на площадь перед дворцом. Она поражала размером и оформлением – на ней высились сотни статуй, изображающих людей, фей, фэйри и даже эльфов в самых разных позах, в одежде и без, поодиночке и группами. Розовато-золотистый камень мягко светился в сумерках, а вокруг витал аромат роз. Клумбы, разбитые вдоль стен и подле статуй, пышно цвели, несмотря на едва наступивший май.