Да, следующий год будет пережить трудновато, подумал Ксандер, обозревая всё это великолепие, живо напомнившее ему замок Альба.

– Ну что же ты, принц?

Исабель это слово произносила с небрежностью, будто кличку, и при этом всё же гордо. Летисия произнесла его… с удовольствием, будто пробуя на вкус название игрушки, которую захотела – и получила. За то время, что Ксандер изучал комнату, она уместилась на изящной резной оттоманке, и теперь глядела на Ксандера совсем снизу вверх. С такого ракурса особенно выгодно выделялся вырез в её кожаном корсаже – Ксандер даже отвел глаза, настолько выгодно это было, и сосредоточился на небольшой её ножке, которую она изящно выставила из-под пены юбок.

– А ты скромный, – задумчиво сказала она, когда он промолчал. – Мне это, пожалуй, нравится.

Ксандер внезапно ощутил злость. А чего она ожидала? Что он упадет к её ногам? Или бросится целовать, как в глупых романах? И вообще, чего он так волнуется? Ну да, Башня Огня – не самое приятное место, но он вообще здесь оказался потому, что сработал его приворот, а значит, что бы она себе ни воображала, но хозяин положения – он!

С новоприобретённой уверенностью он тоже опустился рядом на оттоманку – тем более что она приветливо оставила ему место явно с этим расчетом.

– Это вы звали меня, донья Летисия, – сказал он твёрдо, но памятуя про иберийскую учтивость. – Вы же хотели что-то мне сказать.

Она чуть прищурилась.

– А ты, похоже, неглуп, – заметила она после небольшой паузы. – Во всяком случае, не одурел от моей благосклонности. Это хорошо. Это даже… многообещающе.

И снова потянулась к его волосам. Ксандер сдержался и дал ей их погладить, не отстраняясь – в самом деле, ещё подумает, что он тут монах какой.

– Что ж, поговорим, – кивнула она и отвела руку, когда и поощрения он не проявил. – Скажи мне, Ксандер ван Страатен, фламандский принц: что бы ты сделал, чтобы освободиться от власти Альба?

Это в тех самых романах, обнаружил тут Ксандер, в подобных случаях у героя наступает «трепет», и очень это трогательно звучит – только ощущается совсем не так: ему показалось, что его охватил озноб, а в животе что-то задрожало, как желе. Но это было совсем не противно, а скорее волнительно. Вот оно! Она сама заговорила!

– Что вы имеете в виду?

Она улыбнулась.

– Как ты знаешь, наверное, в моем роду знают много тайн. И умеют их хранить – но и использовать в нужных обстоятельствах. Может быть, и для тебя что-то найдется?

– Я мало что об этом знаю…

– Разумеется.

– … разве что слухи, – продолжил он упрямо, смягчив это как мог почтительным наклоном головы, когда она подняла бровь. Кажется, это её удовлетворило. – Про пророчество, и что оно имеет отношение ко…