Не торопясь, Унгерн подошел к столу, где была приготовлена выпивка и закуска. Налил водки в чашку, понюхал и поставил.

– Мы просто совещались, как нам …

– Как вам убить меня?

– Никак нет! – Анненков не нашелся, что еще сказать.

– Мы пришли сдаться, – сказал Бреннер. – У нас есть сведения о противнике …

– Вы лжете, капитан, – сказал Унгерн. – Сдайте оружие, господа.

– Генерал, давайте объяснимся, – сказал Николай. – Мои офицеры …

– Оставьте, Николай Александрович, с вами будет отдельный разговор, – отрезал Унгерн.

– Сволочь! Предатель!

Лиховский вскинул револьвер и выстрелил два раза в сторону Анненкова, но именно в сторону, потому что Ольга, стоявшая рядом, ударила его под локоть. Лиховский попятился и снова вскинул револьвер … Когда пороховой дым рассеялся, барон и царь стояли на прежних местах, сестры жались в углу, офицеры целились в казаков, направлявших на них карабины …

Лиховский лежал на полу. Сестры бросились к телу.

– Сдать оружие! – приказал барон.

Казаки забрали револьверы у Бреннера, Каракоева и Анненкова.

– Умер, – сказала Ольга.

Татьяна зарыдала в голос рядом с телом. Сестры теснились вокруг, всхлипывали.

– Этих на улицу! – приказал барон.

Казаки потащили офицеров к выходу.

– Куда? Куда их? Оставьте! – кричали сестры.

– Барон, что вы делаете? Остановитесь! – встал Николай перед Унгерном.

– Вас и княжон тоже попрошу на выход, – сказал барон.