Когда никто из пленников не говорил и не думал уже о том, чтобы пробить ход в завале, когда никто ни о чем уже не говорил, пришло спасение.

Как-то Анненков собирал траву на похлебку и вдруг увидел воинов в доспехах, с пиками, с кремневыми ружьями. Тангуты! Нашли сюда дорогу! Он побежал – то есть заковылял, засеменил, задыхаясь, в сторону хижины. Упал, поднялся и упал снова. И тут же услышал:

– Русский, русский, не бойся! Где царь?

Это был толмач-монгол. Отряд тибетской кавалерии пришел по приказу Далай-ламы, чтобы найти и доставить в Лхасу Великого Белого Царя. К хижине пробралась лишь небольшая группа: проводник, толмач, лекарь и несколько воинов. Тибетцы поднялись по едва заметным уступам на отвесной стене ущелья в обход завала. Основной отряд в сотню сабель с караваном ожидал внизу, в долине.

Неделю тибетцы выхаживали и откармливали русских. Затем с помощью системы страховочных веревок опустили их с плато. Оказалось, что отвесными были только саженей двадцать, а дальше начиналась вполне проходимая тропа, но без помощи опытных горцев и системы канатов совершить этот спуск пленники не смогли бы.

Еще месяц караван шел в Лхасу. Анненков пытался понять, как Далай-лама узнал, где находится русский царь, но никто не мог или не хотел ему объяснить. Начальник отряда через толмача повторял только, что их прислал его святейшество, что они должны доставить в Лхасу Великого Белого Царя и его спутников. Утешало только то, что начальник ничего не слышал о Белом Боге Войны Унгерне. Значит, барона в Лхасе не было. Если б он там появился, об этом знали бы все, и уж точно – военные.

Из записок мичмана Анненкова 30 июня 1919 года

Из записок мичмана Анненкова

30 июня 1919 года

Через тридцать пять дней караван спустился с перевала на плато, в центре которого высился на холме белый и красный дворец. Вокруг столпились домишки, а над ними парили разноцветные крыши пагод. Лхаса – праздник жизни после мертвых скал и ослепительных снежных вершин.

На закате караван вошел в город. Я ехал на быке и не мог отвести глаз от дворца Потала, мощно вознесенного к небу в красном свете низкого солнца. На въезде Государя с дочерями встречала делегация из нескольких десятков лам в парадных одеждах, в странно декорированных головных уборах. Главный лама произнес приветственную речь, преподнес Государю и Княжнам хадаки – платки, которыми принято обмениваться при знакомстве, и еще какие-то подарки. Затем ламы поменьше рангом взялись сопровождать Государя в назначенную ему резиденцию – Замок на Пруду в саду Норбулинка.