– Вот и он так сказал.

Лидия расхохоталась:

– Молодец парень!

– Ты лучше расскажи: как прошла встреча с директором?

– Отрежь еще кекса, и я выложу все как на духу, – улыбнулась она. – Я была примерной мамочкой. Кричала и ругалась. За что вы отстранили мою крошку? Что за чудовища у вас учатся! Как вы можете быть образцовой школой, если у вас учатся такие дети?! Обещала пожаловаться в администрацию штата, ведь у меня и там тоже связи. Ну а конец ты и сама слышала.

– А мистер Дюваль?

– Слушал и кивал. Крутой мужик. Даже мускул на лице от моих криков не дрогнул. Про вторую девочку распространяться не стал. Ограничился тем, что назвал ее наказание – отстранение на две недели минимум и походы к психологу. Я сочла это достаточным, так что кричать еще и по этому поводу не стала. Сказал, что отстранил тебя от занятий только для того, чтобы шумиха улеглась. Даст бог, к следующей неделе никто уже ничего не вспомнит.

– Да, конечно! – с сомнением отозвалась я. – Как думаешь, Райана тоже отстранили?

– Насколько я поняла – нет. Я перекинулась с Оливером парой слов, прежде чем отправилась изображать сумасшедшую мамашу. Он сказал, что у ребят скоро важная игра и пацан нужен команде. Но как-нибудь его в любом случае накажут.

Я тяжело вздохнула и допила свой бокал до конца. Накажут, и все из-за меня!

Присутствие еще одного человека в доме радовало. С приездом Лидии особняк ожил, как бы странно это ни звучало. Ее сумочка лежала у зеркала в прихожей. Пиджак был брошен на диван. Ноутбук расположился на журнальном столике. Запах ее духов витал по комнате. М-да, я определенно устала жить одна в таком большом доме. Хочу назад в свою крохотную квартирку!

Подруга уже давным-давно спала, а я все еще сидела на бортике бассейна и болтала ногами в воде. Наверное, стоило бы написать Райану прямо сейчас. Или позвонить (хотя так делают только старушки вроде меня). Я даже брала телефон в руки пару раз, но так и не нашла слов.

Вот теперь мне реально было стыдно за свою глупую вспышку гордости. Я настолько боялась чужого внимания, что в лицо парню сказала, что быть его девушкой – худшее, что может случиться со мной в жизни. Кто так делает? Как со мной после этого общаться? Идиотка! Вряд ли я таким образом повредила его хрупкую психику, но обидела совершенно точно. Друзья так не поступают. А уж взрослые и адекватные люди – тем более.

Боже, я запуталась! Я запуталась в себе. Еще чуть-чуть – и я заработаю раздвоение личности, не иначе. Потому что меня действительно две. В моменты спокойствия и одиночества я – это я. Саманта с багажом жизненного опыта за плечами. Думающая, уравновешенная. Но стоит рядом появиться кому-то из моих школьных друзей, как я мгновенно превращаюсь в глупого и эмоционального подростка. Категоричного, взрывного, эгоистичного. Как такое вообще возможно? Ни разу за все годы работы в агентстве у меня не было расщепления. Или как это правильно называется у психологов? Или теперь уже психиатров?

А вот еще тебе, Саманта, тема для раздумий: любой бы в такой ситуации тронулся умом или только ты? Играет ли прошлое значимую роль или дело только в резкой смене возраста и гормонах? Жаль, ответа на этот вопрос мы в ближайшее время не узнаем. Мой случай в нашей практике первый, и не думаю, что новый прецедент возникнет скоро.

Я последний раз ударила ногой по поверхности воды и встала. Рефлексия – это прекрасно, но я рискую загнать себя в совершенно безысходное состояние. Я уже не знаю, как разгрести все то, что сотворила. И депрессия мне точно не поможет.

Лучше иди спать, Саманта!

Date: Понедельник, 12 октября Place: Лос-Перрос

Date: Понедельник, 12 октября

Place: Лос-Перрос

Мое счастье длилось недолго – Лидия улетела обратно в Нью-Йорк субботним утром. Я отвезла ее в Сан-Франциско, в очередной раз сдала кровь. Мой месячный цикл наконец-то пошел на очередной круг, что не могло не радовать. Может быть, доктор Ли был прав и стоило просто подождать, а вся моя эмоциональность – банальный ПМС? Надеюсь, через неделю я замечу перемены в лучшую сторону.

Воскресенье я промаялась дома, с тяжелым сердцем ожидая начала новой недели. Интуиция подсказывала: ничто не забыто. Наоборот, все неравнодушные выжидают, чтобы обласкать меня вниманием.

К понедельнику я постаралась подготовиться. Наглухо застегнутая рубашка в сине-зеленую клетку, черные джинсы, черные кеды. Распущенные волосы закрывали часть лица. Прятаться так прятаться. Я бы еще зеркальные солнечные очки нацепила, но в школе их все равно заставят снять, так что они делу не помогут.

Порог главного входа я перешагивала с бешено барабанящим сердцем, будто заходила не в школу, а как минимум в стан врага. Я даже приехала буквально за несколько минут до звонка, чтобы никого не встретить на территории.

Вдох. Выдох. Шаг. Звонок. В коридорах никого.

Я побежала на испанский. Нет, опаздывать было плохой идеей. Стоило мне войти в класс, как абсолютно все лица обратились ко входу.

Черт! Черт!

И понеслось… Хи-хи! Ш-ш-ш! Саманта, бу-бу-бу! Баркер, ха-ха-ха!

Ну, хоть плакатов мерзких нигде не видно. В моей старой школе был похожий случай, так там какой-то умник распечатал полсотни отфотошопленных картинок с мерзкими надписями. Его нашли и наказали, но девочка убежала в слезах. И вскоре перевелась, потому что плакаты появлялись еще несколько дней.

Испанский, английский, информационные технологии. Урок за уроком я слушала тихие перешептывания за своей спиной. На последних двух занятиях Райан делал вид, что меня не знает. Что же, я заслужила. Просто нужно дать ему время.

А потом пришла очередь физкультуры. Будь проклята Лидия с ее логикой выбора предметов!

Вдох. Выдох. Шаг в раздевалку.

Все разговоры стихли.

И я знала почему. Подружки Кэри тоже посещают этот курс, и они видели меня в деле. Хвала всем богам, девчонки не совсем безмозглые. Быстро сообразили, что со мной лучше не связываться. И, видимо, другим сказали. Гробовая тишина стояла в раздевалке вплоть до звонка. И знаете, это более чем неприятное ощущение. Потому что они молчат, но осуждают, прожигают тебя глазами. Уж лучше бы шептались.

Будто особой насмешкой надо мной в сегодняшней программе стояли вышибалы. Если это был тонкий педагогический ход, позволяющий выплеснуть агрессию безопасным способом, я его не оценила. Мия и Нари защищали меня как могли, но против всего класса ничего не поделаешь. Меня выбивали старательно, прицельно и очень больно. А тренер Милз предпочитала всего этого не замечать. Ей-то я чем не угодила? Ладно, синяки – это не самое худшее, что я могла получить за сегодняшний день. Я даже удивилась, что Марта не сказала мне ни слова, только одарила полным ненависти взглядом. Точно! Она-то знала, из-за кого у первого красавчика школы под глазом синяк.

Фух, бо́льшая часть дня позади. Но впереди обед! И здесь уж вся школа сможет на меня посмотреть.

Снова смешки, перешептывания, замечания на грани слышимости.

Пока я стояла в очереди за едой, какой-то особо ретивый парень не сдержался и ущипнул меня за задницу. Я вздрогнула от неожиданности, но рефлексы меня не подвели: острый локоть очень больно врезался ему в живот. Парень охнул и согнулся пополам. Я грозно на него посмотрела и пошла дальше. Надеюсь, прочие желающие поглумиться будут умнее и подходить ко мне не рискнут.

Как и в первый день, сидеть пришлось в одиночестве, ловя на себе косые взгляды. Как же я все это ненавижу!

– Привет, Сэм! Не помешаю? – Я подняла голову на знакомый голос. Ноа Тайлер, кто же еще это мог быть!

– Валяй. – Я лениво махнула рукой. – Все стулья твои.

– Ты сегодня не в духе. – Парень улыбнулся.

– Тебя это удивляет? – Моральных сил на милую дружескую беседу у меня не было.

– Ты ведь в курсе, что дружить с тобой – то еще испытание?

– Ага. Но вас никто не заставляет!

Конечно, Саманта, что нужно делать с единственным человеком, который захотел поговорить с тобой за день? Правильно, отталкивать!

– Сэм, я понимаю, что тебе тяжело, но на мне можно и не срываться.

– Прости, Ноа, мне не до светских любезностей, – честно ответила я. – Правда, могу тебе сказать спасибо за школьную газету. Это ведь тебя нужно благодарить за то, что в ней нет ни слова о нас с Кэри?

– Не совсем… – Парень смутился и почесал затылок. Я вопросительно наклонила голову, отчего он смутился еще сильнее. – А ты не знаешь?

– Прозябаю в невежестве. Просвети меня!

– Не знаю, стоит ли … – Он обернулся и посмотрел в сторону столика, за которым сидел Райан, мрачный и отстраненный.

– Ох, только не говори, что он подрался из-за какой-то жалкой статейки в газету. – Я устало покачала головой.

– Нет! Девчонкам из колонки сплетен хватило простого разговора. Я мог бы и сам это сделать, но он оказался проворнее. Уж не знаю, что он им пообещал! Угрозы-то на них не действуют. Мной проверено не раз.

Я криво улыбнулась. Пустил в ход свое смертельное оружие и позвал на свидание, не иначе! Понятия не имею, что за девчонки пишут эту колонку, но думаю, им этого хватило. Ну, может, еще милые безделушки получили.

– Тогда какого хрена он полез кулаками махать? – Я все еще не могла понять, что же настолько вывело из себя весьма уравновешенного человека.

– Я не могу сказать. – Ноа мгновенно принялся буравить взглядом свой кусок пиццы.