Когда он приближается, она ждет, что он вцепится в нее клыками хищника, но ладони, сжимающие ее лицо, осторожны. Поцелуй такой нежный и невесомый, что ее охватывает неожиданная злость, и тогда она сама притягивает его к себе и впивается в губы, сотканные из тьмы, чтобы забыть, чтобы почувствовать, чтобы…

Обретенные воспоминания едва не сбили с ног.

Через приоткрытое окно просочился свежий ветер, принесший запах дождя. Ари устала нервно мерить комнату шагами и уселась на подоконник. Услышав поворот ключа в замке, она спросила, не оборачиваясь:

– Вечеринка с деканом?

– Убийство, – пропела Гестия совершенно сумасшедшим голосом. Ее глаза сияли в полумраке. Свет уличных фонарей окрашивал светлые волосы в голубой цвет. – Мы зарезали его собственным скальпелем!

Она тоже не стала включать лампу в комнате. Скинула ботинки и прошлепала босыми пятками на кухню, затянувшись косячком.

– Умираю с голоду, – пояснила она, возвращаясь с тартинкой с абрикосовым джемом. И повалилась на кровать, то рассеянно жуя, то выпуская кольца дыма. На тумбочке сама собой вспыхнула фигурная свеча, но девушка даже глазом не моргнула.

– Ого, – только и выдохнула Ари, спрыгнув с подоконника.

Она не чувствовала страха перед этим удивительным существом, в которое превратилась ее подруга. Только неловкость. Может, дело в том, что ни в кого она не превращалась? Гестия – это Гестия. Всегда ей была и будет.

– Расскажи, что случилось, – попросила она.

Гестия охотно подвинулась и скинула подушки на пол, давая Ари вытянуться рядом.

– Когда Альбер Камю сказал: «Единственный способ стать свободным в несвободном мире – это освободиться настолько, чтобы само твое существование стало бунтом»… И когда Субкоманданте Маркос сказал: «Простите за беспокойство, но это революция!» – вот на что это было похоже.

– Сколько вас там было?

– Пятеро.

– Афины с вами не было? Она не появлялась со вчерашнего дня.

– Нет. Она же у нас стратег. Может, увидела что-то, чего не видим мы, и сочла за благо держаться подальше.

– Что вы натворили?

– Не пойми неправильно, Ари, но у нас не было выбора. Мы ведь когда-то уже уничтожили Кроноса. Теперь история просто повторилась.

Ари попыталась вызвать в памяти лицо декана. Она впервые увидела его в актовом зале, где он произносил приветственную речь для новых абитуриентов. Высокий обаятельный человек в идеальном костюме. Держался уверенно и с достоинством, расписывал преимущества их университета так вдохновенно, будто сам в них верил. А может, и правда верил.