– Спасибо.

– Нет. – Пан Авро закачал головой и продолжил точечно наслаивать колдовскую кожу. – Можно было бы сказать «спасибо», если бы чудовище тебя не достало. А тут…

И задумчиво причмокнул:

– М-да.

Вдох, выдох. В ответ по-прежнему – ни тени неприятного ощущения.

– У меня ничего не болит, – поделилась Ольжана. – Это хороший знак?

Пан Авро хмыкнул.

– Это последствия тачератского мёда. Как и твоё беспамятство. Я хотел, чтобы тебе не было больно и страшно – и чтобы я сумел тебя залатать.

– А тачератский мёд…

– Местный травяной наркотик. – Пан Авро перевернул её ладонь. – Чудесное средство для того, чтобы успокоить или погрузить в сон, но не более. Заигрываться с ним нельзя, иначе вызывает привыкание. Рад был бы тебя обнадёжить, но и обманывать не хочу: раны ещё заболят.

Внутри нехорошо защекотало. Ольжана со вздохом прикрыла глаза – обещание боли не лучше, чем сама боль.

– Я дам Лале пузырёк тачератского мёда, – продолжал пан Авро. – Но не пей, если поймёшь, что сможешь потерпеть и что тебе помогают другие вещи – целебные настои, отдых или башильерская болтовня.

– Ладно, – согласилась Ольжана послушно. – Значит, буду терпеть.

Пан Авро по-отечески похлопал её по руке – так же невесомо, как и раньше, чтобы не испортить свою работу.

– Ты чудно держишься, – сказал он ей. – И я уверен, что у тебя всё будет хорошо.

Ольжана не была в этом уверена, но сейчас не хотела об этом думать – поэтому лишь горько усмехнулась.

Пан Авро убрал палочку. Исчезли и нити его чар, а Ольжане стало любопытно, сколько инструментов он использовал, когда она была без сознания, – если её раны глубоки, наверняка ему пришлось постараться.

– Отдыхай пока, – сказал он ей, поднимаясь. – Наверное, тебе не терпится уехать, да?..

Что вы, могла бы сказать Ольжана. Конечно, она снова с удовольствием подставится под чудовище, если в Тачерате остались чародеи, которые не были впечатлены с первого раза.

– Боюсь, это необходимость, – предположила она вежливо.