Вана печально посмотрела на Мильду и крепко прижала её к себе.

– Нам нужно идти. Снаружи творится большой переполох.

Голос Никодима вырвал тётю и племянницу из объятий. С улицы действительно доносился сильный шум. Торжественная церемония и избрание Ванары произвели настоящий фурор. Тётя Мильда поцеловала Вану в лоб и улыбнулась сквозь слёзы.

– Следуй своим путём, Ванара. И возвращайся живой и невредимой. Всегда помни… я люблю тебя как родную дочь.

Вана всхлипнула и хотела снова обнять тётю, но Никодим потащил её из шатра.

– Нам в самом деле пора, Ванара.

Снаружи их уже ждали латники. Неподалёку была приготовлена богато украшенная карета, и всадники смотрели на Вану со смесью любопытства и удивления. Граф Годфрид фон Фридберг стоял перед шатром в окружении нескольких рыцарей. Он подал знак Никодиму, после чего они с Ваной остановились перед ним.

– Воистину пути Творца и Божественного Орудия трудно постичь. Я не знаю, что побудило тебя принять облик моего сына и вместо него участвовать в состязании, – граф сделал паузу, посмотрел Ване в глаза и тихо произнёс с лёгкой ноткой облегчения: – Спасибо тебе, Ванара Эспершильд. Благодарю тебя от всего сердца.

Он повернулся и снова направился к своим рыцарям. Вана с удивлением проводила его взглядом. Она ожидала чего угодно – гневной ругани, даже побоев, – но не такого. Она вспомнила разговор, подслушанный у конюшни. Граф, встревоженный отец, хотел защитить своего сына Эгберта. Теперь Ване всё стало ясно.

Никодим велел идти дальше. Из шатра вышла тётя Мильда. Одной рукой она обхватила себя за талию, а другой помахала племяннице вслед. Её губы сжались в тонкую нить, а глаза остекленели от слёз.

Как только Вану затолкали в карету, она заметила Хуппо. Пронзительно хихикнув, гном мигом протиснулся между стражниками и рыцарями в доспехах.

Никодим поднял руку, и стражники опустили оружие. Хуппо рванул Вану за воротник и, наклонив её вниз, стиснул в объятиях.

– Я… то есть все мы верим в тебя, крошка. У тебя получилось. Поверить не могу! И главное, всегда помни о наших тренировках. Мы всегда будем рядом, обещаю. Вот, возьми. – Он протянул Ване маленький кожаный мешочек. – В нём лежит кое-что очень важное; то, что, возможно, ещё пригодится тебе в Ной-Изендорне. Будь осторожна, малютка. Похоже, за тобой наблюдает не только ваш Бог и церковь. На тебя надвигается что-то зловещее. – Гном помрачнел, и Никодим медленно оттолкнул его в сторону. – Вана, знай, если понадобится помощь, мы окажемся поблизости. Ведь гномы…

– Всюду бывают! – закончила фразу Вана, после чего сглотнула ком в горле и ещё раз крепко обняла Хуппо. – Попрощайся за меня со всеми, и мы снова увидимся, обещаю!

Девушка заняла своё место внутри, и Никодим захлопнул дверцу. Он скомандовал кучеру, и карета тронулась с места. Пока рыцари-латники окружали её по бокам, впереди и сзади ехали всадники.

Выглянув из окна, Вана бросила последний взгляд на тётю Мильду, которая теперь вместе с Хуппо стояла возле церемониального шатра. Они становились все меньше и меньше, а их машущие руки – едва различимыми.

К сиянию звёзд присоединился фейерверк, осветивший ночное небо. Люди суетились, выкрикивая приветствия и поздравления. Состязание завершилось, и теперь послушники следовали по пути своего предназначения.

Никодим бросил на Вану задумчивый взгляд, выдернув её из размышлений.

– Ты наверняка в замешательстве и не знаешь, что тебя ждёт, но в то же время несказанно рада. И я тебя прекрасно понимаю, ведь чувствую то же самое. Поэтому в дороге тебе лучше держаться меня для твоей же безопасности. Я не хочу разжигать смуту среди оруженосцев. Священнослужители на арене призвали народ веселиться, вот люди и веселятся. Так что тебе не нужно ни о чём беспокоиться. Всё идёт своим путём!

С трудом переведя дух, Вана откинулась на спинку сиденья. Ей нужно было всё хорошенько обдумать. Совсем недавно она была обыкновенной служанкой с несбыточной мечтой. А теперь она едет в карете в Ной-Изендорн, чтобы выучиться боевому искусству гладиаторов? Всё так стремительно перевернулось с ног на голову! Всё, что было и происходило в этот миг, казалось ей всего лишь сном. Девушка сделала резкий вдох. Никодим подал ей кувшин.

– Попей. Это тебя успокоит.

В горле у Ваны пересохло, и она подумала, не остался ли там жук. Она взяла кувшин и залпом осушила его, во‐первых, из-за невыносимой жажды, а во‐вторых, чтобы освободиться от жука и проглотить его.

– Так-то лучше! Славная девушка. Отдохни пока, – как сквозь пелену, донёсся до неё голос Никодима, и её вдруг охватила приятная усталость.

– Что… что это было?

Даже если бы монах ответил, Вана всё равно бы не услышала его, потому что мгновенно провалилась в глубокий сон.

* * *

Вана проснулась, когда уже был полдень. Девушка вздрогнула и оглянулась.

– Что происходит?! – испуганно воскликнула она.

Карета всё так же катилась по дороге, а Никодим сидел напротив и сосредоточенно изучал свиток.

– Абсолютно ничего. Мы скоро прибудем в Ной-Изендорн. Ты уже бывала там? Или в иных крупных городах? Посмотри-ка в окно. Впереди уже виднеется городская стена.

Монах был прав. Протирая заспанные глаза, Вана высунула голову из кареты. Шедший рядом гладиатор помахал девушке рукой и указал вперёд. А затем она увидела его. Ной-Изендорн. Прославленную рыцарскую столицу. Здесь находились все школы гладиаторов и воинские полки. Она никогда ещё не была ни в одной крупной столице, но слышала немало историй и рассказов из уст путешественников.

Глаза Ваны округлились. И вот он теперь был перед ней! Ной-Изендорн выделялся белоснежной жемчужиной среди лесов и полей Леандерталя. Городской пейзаж дополняло множество башен и мощных оборонительных построек. В центре города, окружённого белыми стенами, сияли золотом кузница Титанов и дворец духовенства. В нём заседали верховные священники и знать страны, а также находилось командование войска гладиаторов. Вана подняла голову и с благоговением посмотрела на величественно развевающиеся флаги на сверкающих башнях, что упирались в голубой небосвод.

– Выглядит весьма впечатляюще, правда? – Никодим оторвался от своего свитка и перевёл взгляд на Вану, с удивлением рассматривавшую внушительный город.

Девушка постепенно привыкала к монаху. К тому же невероятные размеры города так поразили её, что она напрочь забыла о своём смущении.

Отряд уже почти подъехал к главным воротам, и теперь снаружи раздавались звуки фанфар и громкие голоса. Карета остановилась у ворот, которые охраняли не только рыцари в латниках, но и воины-гладиаторы.

Дрожа всем телом от волнения, Вана наблюдала, как один из всадников спешился и направился к сторожке. Там он протянул стражнику свиток. Послышались дружные возгласы, и снова затрубили фанфары. Затем девушка услышала громкий скрежет. Гигантские городские ворота медленно пришли в движение. Они возвышались до самого неба, а вокруг их огибали многочисленные башни и бойницы. Птицы испуганно взвились в небо, и карета двинулась дальше. Они въехали в город, и Вана заметила группы солдат и гладиаторов, стоявших за воротами и наблюдавших за отрядом.

– Всего две недели назад на город напал дракон. Поэтому снова пришлось усилить все меры безопасности. – Никодим что-то царапал на свитке.

– Магистр Никодим… Вы… Вы уже видели его? Дракона?

Монах промолчал, не отрывая глаз от свитка.

Гром фанфар не умолкал, и Вана снова выглянула в окно. Теперь процессия состояла только из кареты и всадников. Гладиаторы остались у главных ворот.

Карета выехала на улицу, вымощенную светлым камнем, и Вана восхищённым взглядом окинула аккуратные крестьянские домики. Несмотря на то что они оказались в столице, на улицах было немноголюдно.

Никодим заметил её изумление.

– Сейчас в этом районе довольно тихо. Народ работает в поле, в тавернах, в лавках или на постоялом дворе. Все вы здесь увидите и испытаете что-то, что покажется вам непривычным.

Он проследил за её взглядом и некоторое время наблюдал за происходящим снаружи, но вскоре снова погрузился в свои записи.

Карета двигалась по извилистой дороге, и местные жители, казалось, даже не обращали на них ни малейшего внимания. Всё это напоминало Ване Аммерлинг. Только этот город был намного больше и чище.

Аммерлинг. Тётя Мильда. Друзья. Четверо гномов. Вана прикусила нижнюю губу и понуро уставилась в пол. И тут она вспомнила кожаный мешочек, который Хуппо подарил ей на прощанье. Девушка медленно достала его, открыла и вынула маленькую стеклянную колбочку с закупоренной крышкой. С присущим ей любопытством Вана открыла крышку и принюхалась. Затем она осторожно наклонила колбочку, и ей на ладонь высыпалась щепотка блестящих гранул серебристого цвета.

– Гномы. Занятная у тебя компания, Ванара. – Никодим следил за ней, даже не направляя взгляд в её сторону. Вана высыпала гранулы обратно, поспешно закрутила крышку и сунула колбочку в мешочек. Затем она снова задумчиво опустила взгляд вниз и зашаркала сапогами по полу.

– Почему у тебя такой хмурый вид? Разве ты не хотела стать героем? Ты лгала и притворялась, а теперь расплачиваешься за свой проступок.

Вана была поражена тем, насколько точно Никодим угадывал её чувства, при этом даже ни разу не взглянув на неё. Конечно, он был прав, но это ничего не меняло. В голове у неё вертелась ещё масса вопросов, которые нужно было решить по порядку. Но прежде чем она успела ответить, в передней части кареты открылась дверца, и заглянувший кучер крикнул: