Бог простил им. Я не могу.

Звезды сегодня выглядят как обычно, Станция отсвечивает серым на фоне медленно вращающейся зеленой Эстер. Все как всегда, тогда почему ощущения в седле настолько другие? Почему нейрожидкость мягко и настойчиво пощипывает мне кожу, а за глазами ощущается боль, будто я что-то упускаю?

Разрушительница Небес висит в пространстве, спрашивая: «страшно?»

нет.

Обдумав мой ответ, она снова спрашивает: «грустно?»

Я смотрю на далекое солнце. Что толку грустить? Или признаваться в этом?

«грустно?» – повторяет Разрушительница Небес, на этот раз тише. Всю прошлую ночь в голове у меня вертелись возможные объяснения – этот голос, который я сейчас слышу, боевой жеребец, который прошел через все вместе со мной и многого добился… Это или настоящий ИИ, или… Твердосветная сетка арены открывается и снова закрывается, впуская лавандовый шлейф плазмы нашего противника. Вести разговоры в кабине мне не требуется. Разрушительница Небес понимает меня без слов. Чем бы она ни была, она помогает мне как никто другой в этом мире.

Мысленно отдаю нашим двигателям приказ включиться. Наша голубая плазма – словно крик в черноте космоса, а мой ответ – словно беззвучный вопль истины: без тебя всегда грустно.

– В синем углу – прошу, встречайте звезду короны и наших сердец, потенциальную наследницу Дома Рессинимусов и нова-королевского двора кронпринцессу Лейду Эстер де Рессинимус, выступающую за Дом Галбринтов на своем боевом жеребце Девичьей Молитве!

– Дом Галбринтов – это ведь Дом королевы-затворницы, так?

– Ты прав, Беро, да будет даровано милостью Господней здоровье ее величеству! А ее дочери – обеспечена Его благосклонность сегодня на поле боя!

Рев толпы достигает крайней степени возбуждения, ловким маневром принцесса выходит навстречу мне на середину поля. Девичья Молитва гораздо симпатичнее, чем полагается быть роботу, гибкая и длинная, с S-образно изогнутым в спине торсом. Ее руки элегантно сложены, словно в молитве. Кисти маленькие, но проворные, две полосы собранного в складки металла поднимаются дугами от ее локтей к плечам, напоминая крылья. Она выкрашена в бледно-лавандовый цвет с серебристой отделкой, на нагруднике простирает крылья серебряный лебедь, шлем похож на серебряную корону.

Передо мной возникает голоэкран, венец озаряет улыбку за забралом Лейды.

– Как же я рада, Синали! Нечасто приходится выступать в поединках против таких людей, как ты.