Рыбешка – очень добрый дракон, но на этот раз я не хотела его утруждать, поэтому сказала:

– Благодарю за вашу доброту. Но не стоит так беспокоиться. Лучше поспешите! Пока мы с вами тут разговариваем, вы можете опоздать и не успеть развесить все звезды на Небесном своде.

Сегодня мой отец – Повелитель вод – лично сопровождал меня в Небесное царство. Он хотел, чтобы Император забрал подаренную мне духовную силу. Но я не думала, что едва пройду через Северные небесные врата, как тотчас столкнусь с Рыбешкой. Отец был рядом со мной, но, к счастью, его скрыл огромный столп возле ворот, поддерживающий Небеса. Лишь краешек подола его одеяния торчал, но, кажется, Рыбешка ничего не заметил. Он погладил зверька по спине и мягко улыбнулся:

– Дева Цзинь Ми, в нашу прошлую встречу вы сказали, что любите меня, и я был действительно тронут. Поэтому вы всегда можете положиться на меня, я сделаю все возможное, чтобы помочь вам.

Повелитель вод, выглянувший из-за столпа, изменился в лице – кажется, сильно удивился, а затем нахмурился. А тем временем, опустив голову, Рыбешка подавленно добавил:

– Однако я с самого детства связан брачным договором и, боюсь, не смогу оправдать в полной мере ваше доверие и доброту.

Почему он так внезапно заговорил про брачный договор? Но, видя, как Рыбешка страдает, я подумала, что мысли о женитьбе его тяготят, поэтому поспешила утешить:

– Ничего страшного! Даже если у вас заключен брачный договор, я все равно вас люблю.

Когда мой отец услышал это, выражение его лица изменилось, но я не смогла понять, какие эмоции он сейчас испытывает. Его губы дрогнули. У Рыбешки же заблестели глаза. Он улыбнулся, но тут же вздохнул, словно его вновь одолели тревоги и сомнения:

– Я тоже люблю тебя, – произнес Рыбешка так тихо, что я едва услышала его в безмолвии вечерней мглы. Тишину разрушил отец. Он кашлянул и вышел из-за столпа, поддерживающего Небо. Рыбешка выглядел потрясенным и даже немного напуганным. Он почтительно поклонился моему отцу:

– Высший бессмертный, приветствую вас. Я был невнимателен и не заметил вашего присутствия. Надеюсь, вы простите меня за это.

Отец ничего не сказал, лишь задумчиво посмотрел на него. Под строгим взглядом Повелителя вод Рыбешка успокоился и вновь стал невозмутимым.

– Не знаю, как долго вы стоите здесь, но, вероятно, слышали часть нашего разговора… – Рыбешка замолчал. Казалось, он принимал какое-то важное решение. Наконец, откинув подол одеяния, опустился на колени перед Повелителем вод:

– Приношу свои глубочайшие извинения.

Отец пристально посмотрел на Рыбешку, а затем сказал:

– Мне неизвестно, в чем вы провинились передо мной, Повелитель ночи. Но я бы хотел услышать объяснения.

– Я совершил страшное преступление. Вместо верности долгу, вопреки брачному договору, что был заключен между вами и моим отцом, я полюбил деву Цзинь Ми! Не могу сказать, что всегда был высокоморален, но считаю недостойным притворяться, когда сердце принадлежит другой. Я искренне, всем своим существом люблю деву Цзинь Ми, и, к счастью, мои чувства взаимны. Лишь ей одной могу отдать свое сердце, поэтому никогда не смогу жениться на другой. Я вынужден настаивать на расторжении брачного договора, так как не смогу полюбить вашу дочь. Мне известно, что такое преступление непростительно, поэтому приму любое наказание!

Красноречивые слова Рыбешки привели меня в замешательство. Я вдруг внезапно осознала, что дочь Повелителя вод – это же я. Но Рыбешка об этом еще не знал.

Отец нахмурился.

– Повелитель ночи, известно ли вам, какова плата за расторжение договора?

Рыбешка выпрямился. Он посмотрел на меня и печально улыбнулся:

– Лишение бессмертия и изгнание в Земное царство. Но если так мы с девой Цзинь Ми сможем быть вместе, то лучше я навсегда покину показную должность и сойду с Небес.

Я не могла понять выражения лица Повелителя вод.

– Земная жизнь подобна капле в безбрежном море. Ничтожные несколько десятков лет пронесутся быстрее, чем жеребенок перепрыгнет через узкую щель. Однако придется пережить горести рождения, старости, болезней и смерти. Повелитель ночи, разве это не страшит вас? Вы действительно готовы пойти на все ради девы Цзинь Ми?

Мне показалось, что глаза Рыбешки полны звезд из созвездия Большой Медведицы: сколько бы тысяч лет ни прошло, они все так же ярко озаряли ночной небосвод. Повелитель ночи прикусил губу, а затем решительно произнес:

– Мое сердце избрало такой путь. И пусть я умру десять тысяч раз, но все равно не пожалею о сделанном выборе.

Отец, казалось, был потрясен. Он не сводил с Рыбешки пристального взгляда.

– Хорошо! Я запомню ваши слова, Повелитель ночи. – Затем он повернулся ко мне и сказал: – Цзинь Ми, пойдем.

Мы пришли в Облачный дворец Девятых Небес[234], где находилась резиденция Небесного Императора. Золотистые лучи заходящего солнца светились сквозь клубящиеся облака. Я обернулась – Рыбешка по-прежнему стоял на коленях, озаренный пылающим огнем и переливающимися дивными красками яркого заката. Зверь сновидений терся о тыльную сторону его ладони. Возможно, то была лишь мимолетная иллюзия, но на мгновение мне показалось, что бирюзовый силуэт Рыбешки подобен луне, исчезающей в чистом роднике, – такой же одинокий и печальный…

Едва мы подошли к вратам Облачного дворца Девятых Небес, как услышали музыку колоколов и барабанов[235], циня и сэ[236]. Бессмертный прислужник, встречающий гостей, провозгласил:

– Прибыл Повелитель вод!

– Пусть входит скорее, – донесся из зала смех и громкий, будто колокольный звон, голос. Должно быть, Небесный Император. Я последовала за отцом и вошла в зал. В центре, спиной к нам, какой-то бессмертный извлекал из музыкального инструмента прекрасные звуки. По всему залу в два ряда располагались столы из сандалового дерева, за которыми собрались многочисленные бессмертные. Судя по всему, они наслаждались музыкой.

– Повелитель вод, вы как раз вовремя. Слышал, что вы большой знаток музыки. Сегодня я получил новый цинь, поэтому прошу вас, оцените его звучание… – начал было воодушевленно говорить Небесный Император, но, едва завидев меня, замолчал. На лице отразились сильное беспокойство и волнение.

В левой части зала расположилась Небесная Императрица. Она улыбалась до тех пор, пока не заметила меня. Она тут же прищурилась, улыбка медленно сползла с ее лица. Все бессмертные, собравшиеся в зале, кроме музыканта, продолжавшего играть на цине, устремили на меня взоры. Так пристально разглядывать! Им явно было чуждо приличие.

Черные как смоль глаза отца сверкнули, от него так и веяло холодом. Он смотрел прямо туда, где на возвышении сидел Небесный Император. Повелитель вод спрятал руки в широкие рукава одеяния, но я успела заметить, как сильно он сжал кулаки – даже костяшки пальцев побелели.

Император нахмурился. Он не совсем понимал, что происходит. Императрица снова злилась, а мой отец был в ярости. Все трое прожигали друг друга взглядами, но молчали. И лишь переливчатая мелодия цинь наполняла зал.

Полный печали и скорби чистый тон шан[237] струился, словно холодный поток осенней воды.

Постепенно мелодия ускорилась, в ней слышалось напряжение. Звук стал звонким, четким – будто звон копий, перестук подков. Тон достиг ступени юйин[238] и торжественно тянулся, пока не перешел в ступень бяньгун[239]. Струна лопнула – и словно разрушилось заклятье. Бессмертные очнулись, будто пробудились от долгого сна.

Музыкант поднял цинь и поднялся с пола. Подол небесно-голубого одеяния закружился, пока стройный мужчина поворачивался к нам.

Это был… Феникс.

Он скользнул по мне быстрым взглядом – подобно тому, как стрекоза касается поверхности воды. Бессмертный прислужник забрал у него цинь, и Феникс, взмахнув рукавами, занял полагающееся ему место в правой половине зала.

– Кхм… – Император тоже пришел в себя и неловко кашлянул. – Уважаемый Повелитель вод, вы пришли обсудить что-то важное? Почему бы всем гостям сейчас не разойтись? В другой день снова проведем банкет и насладимся музыкой.

– Не стоит! – Отец одним только взмахом руки остановил бессмертных. Он явно хотел что-то сказать во всеуслышание. Повелитель вод не сводил взгляда с Небесного Императора. Казалось, его черные глаза видят насквозь. Император нахмурился.

– Дело не настолько важное, не стоит из-за меня прерывать банкет. Я лишь хотел попросить вас, ваше величество, забрать обратно пять тысяч лет огненной энергии ян из тела моей дочери, так как ее ци противится ей.

– Дочь… – Императрица обомлела, а Феникс резко поднял голову. Император с недоверием пробормотал:

– Неужели… Цзинь Ми…

– Именно так. – Глаза отца засверкали, и он громко заявил: – Я и Цзы Фэнь – родители Цзинь Ми!

Глаза Феникса засияли. Он воспрял, словно первый весенний цветок. Ожил, подобно природе весной. Я прекрасно знала, насколько переменчиво настроение Феникса, и уже привыкла к внезапным всплескам эмоций, так что не придала этому особого значения. Да и меня не особо-то интересовало, почему Феникс снова стал таким счастливым.

Бессмертные в зале замолчали, у них были очень странные выражения лиц. Те, кто ранее едва поглядывал на меня, теперь прожигали взглядами. Истинный владыка Эрлан, который сидел ближе всех ко мне и у которого был еще и дополнительный третий глаз на лбу, уставился на меня всеми своими глазищами. Как-то жутковато…