Я горько фыркнула.

– Всё, что ему нужно, это знать, что я выполняю его просьбу и по-прежнему собираюсь предать своих, натравив на них навей.

– Нет, что вы! – Ягмор быстро замотал головой, будто правда испугался моих слов. – Князь Лерис правда огорчился, когда не нашёл вас там, где оставил в последний раз.

– Сам же отослал меня. С чего огорчаться. – Я тут же поспешила перевести тему. – Князь – странный человек. Но он искренне желает своим землям и людям лучшего. Может, и царю стоило бы у него поучиться.

Ягмору сказанное мной понравилось. Он довольно причмокнул и вытаращился на выход.

В харчевню влетели – иначе и не скажешь – трое мальчишек примерно одного с Ягмором возраста, зим двенадцати-тринадцати. Один был таким долговязым, что намеренно сутулился и втягивал голову в плечи до самых ушей. Я поняла, что они тоже были воробьями – Ягмор сразу приосанился, даже снял шапку, стоило им войти. Тут же обнаружились новые метины Мори: у моего собеседника оказались острые волчьи уши.

– Привет, князь, – пропыхтел невысокий русоволосый воробей, первым подходя к столу. – И тебе, госпожа, дня доброго.

Воробьи беззастенчиво разглядывали меня, шушукаясь и иногда пихая друг друга в бока. Я улыбнулась.

– Что прибежали? – прикрикнул Ягмор, недовольный, что прервали нашу с ним беседу. – Важное что?

– Ещё б, – подал голос долговязый воробей и покосился на меня.

– Можете говорить, – великодушно позволил Ягмор. – Госпожа Лариме знает не меньше нашего.

Я подозвала подавальщицу и попросила принести воробьям калачей. Мальчишки расселись по бокам от стола, и тот, что до этого времени молчал, – самый серьёзный, черноволосый и кудрявый, – заявил:

– Княгиня Пеплица вместе со своим соколом покинула Коростелец. Наши говорят, что княгиня отплыла по морю в Зольмар, чтобы поговорить с самой царицей. Средимирное осталось почти без присмотра, но иные воробьи щебечут, будто Пеплица просила Лериса приглядеть за Коростельцем.

– Ого! – Ягмор оживился, мигом забыв своё недовольство. – Как же он станет и там, и там княжествовать?

– У Лериса хватает помощников, – усмехнулась я. Мне вдруг стало теплее, и вовсе не из-за того, что в харчевне было натоплено. – Если он что-то решил, то у него были на то причины.

До моих ушей донёсся неприятный разговор: мужчины за соседним столом громко возмущались иноземными проповедниками, грозились сжечь святилища Милосердного и клялись, что мёртвые твари наводнили деревни из-за гнева преданных Золотого Отца и Серебряной Матери. Я поморщилась и вновь повернулась к мальчишкам.

– Может, вы хотите что-то передать Лерису в ответ? – поинтересовался Ягмор.