— Ого, как же люди живут так близко к этому пробудившемуся дракону? — я просто не знала, с чем еще можно сравнить этот грохот.

— Они привыкли, плюс это хоть что-то, что шумит в полную силу, — кривая усмешка озарила лицо парня.

Мы дошли до прекрасного дома, разукрашенного в более насыщенный серый и темно-синий цвета. В его стенах были вырезаны дельфины и киты, морские водоросли и кораллы. Я не удержалась и все же провела рукой по морскому ежу.

— Это постоялый двор, — уточнил Таш, толкая дверь. — Здесь мы нормально покушаем и выспимся. Немного дорого, но оно того стоит.

Целый месяц в пути, ночлег на твердой земле, прием пищи, где придется и вот он свет в конце тоннеля. Я улыбнулась, представляя тарелку дымящегося супа и мягкую постель.

Внутри тоже было очень красиво, чисто и уютно. Хозяйка подняла голову и кивнула нам в знак приветствия. Она была невысокого роста, с хорошими, но не слишком крупными формами. Светлые волосы гладко зачесаны и собраны на затылке, платье землистого цвета освежал чистый белоснежный передник. Кажется, мы подоспели к завтраку. Несколько посетителей ждали обслуживания за столами, кто-то уже кушал. Пахло свежим хлебом.

— Доброе утро, госпожа Триллин, — поздоровался Таш, приближаясь к женщине.

— Здравствуй, Таш, — впервые я услышала этот шепот, и он показался мне треском горящих в огне веток. — Ты надолго?

— Нет, но на одну ночь точно задержимся, — ответил мой друг. — Нам нужен отдых. Подготовите две комнаты наверху?

Женщина осмотрела меня придирчивым взглядом, а потом кивнула, призывая следовать за ней. Комнат было десять или двенадцать, сосчитать не получилось, но та, что хозяйка отвела для меня, показалась мне милой, несмотря даже на то, что здесь не было окон. На миг, я испугалась, представив себя в подполе Милдрет или в чулане Крайма, но потом успокоилась, рассматривая убранство. На вид ничего особенного — кровать, шкаф, сундук в углу, зеркало на стене и какой-то рисунок в раме. Просто, но довольно уютно. На ум пришла единственная мысль, омрачающая картину — так недолго и задохнуться, но Таш поспешил меня разуверить:

— Посмотри в тот угол, — сказал он, указывая на отверстие в потолке, — отсюда поступает воздух и его вполне достаточно, чтобы не испытывать неудобств.

Весь день мы отдыхали в своих комнатах, встречались лишь за приемом пищи, и это было полезно нам обоим. Я даже не задумывалась насколько устала от такого долгого перехода, как хотело комфорта мое бедное тело, покрытое синяками и ссадинами. След от ладони нерота меня совсем не беспокоил, разве что немного раздражал. К ужину я спустилась вполне довольная, однако то, что я увидела внизу, заставило меня замереть на полушаге. У разожженного камина, за самым большим столом сидела большая группа мужчин, которые громко разговаривали и пили пиво. Их главаря я узнала мгновенно. Наполовину седая голова склонилась над кружкой, Брок один молчал, задумчиво уставившись в пену. Сердце ускорилось, я поискала глазами Таша, но наткнулась на связанного Гая, усаженного на полу рядом с одним из разбойников. Еще поискав, я заметила Стю. Она вжала голову в плечи, приютившись по правую руку от Брока. Ее руки не были связаны, но более комфортно она от этого себя не чувствовала.

Не знаю, какие именно чувства вызвала у меня эта сцена. Распознать их все было трудно. Боль, обида, сожаление, гнев, глубокое разочарование, печаль и страх. Мне захотелось тут же вернуться в комнату, но я не успела.

— Кассия! — сквозь всеобщий гомон, услышала я оклик Стю и поняла, что сбежать не удастся.

Глава двенадцатая

Сделав несколько вдохов-выдохов, начала медленно спускаться. Пронзительные глаза Брока вцепились в меня и не отпускали до тех пор, пока я не подошла ближе и не остановилась у стола. В груди полыхало пламя, которое пробуждало гнев и причиняло боль. В глазах Стю отражались страх и стыд, но она все же выдержала мой взгляд. Непроизвольно, совсем того не желая, я рассмотрела ее и не смогла не заметить изменений. Девушка будто повзрослела на добрых пару лет за эти полгода. Миловидная округлость черт лица заострилась, волосы отросли и теперь лежали на плече, заплетенные в небрежную косу. Из казавшегося подростковым тела ушла угловатость. Стю превратилась в по-особенному прекрасную девушку. Я даже нахмурилась, ловя себя на мысли, что скучала по ее забавным опытам с магией.

Чтобы прийти в себя перевела взгляд на Гая. Он показался мне потерянным, обреченным, опустошенным. Сердце дрогнуло, но я задвинула жалость на задний план, продолжая подкармливать обиду. Он попался в руки Броку? Что ж — Гай это заслужил. Его неряшливый вид ужасал. Одежда грязная, местами рваная, лицо заросло щетиной, волосы сальными сосульками повисли, закрывая уши. В голове возникли воспоминания и мурашки промчались по позвоночнику. Я снова почувствовала сырость подвала в Пристанище и запах мочи и пота в притоне Крайма, и чуть было не погрузилась в тягучее, затягивающее отчаяние. Пришлось тряхнуть головой, чтобы очнуться.

— Кассия, — пропищала Стю снова, и я заставила себя поднять на нее глаза.

Мои руки сами собой сложились на груди, а подбородок чуть поднялся, не скрывая вызова. Так я пыталась спрятать свою боль и сделать вид, что меня уже больше ничего не волнует. Стю оробела и былая надежда, вспыхнувшая на мгновение в ее глазах, вновь потухла.

— Прости, — прошептала она, но я все равно услышала.

Брок приложил кулак к колену и облокотился на него, все еще пристально меня разглядывая.

— Не ты ли та девчонка, которую разыскивал Кастор? — бросил он мне.

От прозвучавшего имени вздрогнула, тело напряглось, но я постаралась и виду не подать, что упоминание о Касторе меня взволновало.

— Может и я, — неопределенно пожала плечами и присела напротив, после того, как разбойник размашистым жестом пригласил меня составить ему компанию.

Он мотнул головой и все кто сидел рядом разошлись за другие столы. Это немного насторожило, но я странным образом не опасалась за свою жизнь.

— Нашел? — дернул он головой.

— Нашел, — так же коротко ответила я.

Брок хмыкнул и отхлебнул пива. Мне показалось, что этот глоток не доставил ему удовольствия, а был попыткой утолить жажду. Он поставил кружку и уставился на лопающиеся пузырьки пены.

— И, похоже, вытащил из приличного дерьма… — он не спрашивал, а скорее утверждал, я не стала на это отвечать. — Как тебя угораздило поверить этим двоим?

Брок поднял на меня свои голубые глаза, они выдали его усталость. Цвет был немного мутным, а взгляд чуточку рассеянным, что навело на мысль, что это не первая кружка пива. Что-то шевельнулось во мне, похожее на понимание и некое подобие сочувствия.

— Стю… — покачал он головой из стороны в сторону, — она не плохая девочка, только вот слепо идет за этим охламоном и вязнет вместе с ним в болоте.

Охламон — прозвучало как-то уж очень по — родственному, я бросила быстрый взгляд на Гая. Нет, внешних сходств вообще никаких, даже малюсеньких. Здесь что-то другое. Брок проследил за моим взглядом и тоже обернулся через плечо, а потом тяжело вздохнул и что-то неразборчивое пробурчал.

— Он продал тебя Мосу… — опять не то вопрос, не то утверждение. — Понимаю…Если Кастор подсобил — это хорошо…

Речь его казалась бессвязной, но назвать Брока пьяным не повернулся бы язык, скорее крайне опечаленным.

— Вы что-нибудь знаете о Касторе? Где он сейчас? — спросила, отказавшись от мысли прикусить язык.

Мужчина резко поднял голову и удивленно посмотрел на меня.

— А я думал у тебя спросить, — сказал он и почесал затылок. — Я в последний раз видел его, когда он очертя голову понесся в Шитаэлл, чтобы разыскать тебя.

Его слова неожиданно согрели душу, ведь перестать любить, если тебя не любят в ответ, невозможно.

— Я тоже, — ответила, пряча глаза и пытаясь казаться безразличной. — Он оставил меня в Заэроне полгода назад.

— Он не пропадет, — толи себе, то ли мне тихо сказал Брок. — Думаю, как и все, пустился на поиски ребенка, который так нужен королю.

Сердце запнулось, а потом пустилось наутек. Я сжала кулаки под столом. Руки стали влажными от волнения, и я обтерла их о ткань своих брюк.

— Как и все? — голос предательски дрогнул, но я постаралась взять себя в руки.

— Сейчас только дурак не ищет мальца, — отхлебнув еще пива, сказал Брок. — Только с разными целями. Кто-то хочет угодить королю или Фениксу, будь он проклят, а кто-то наоборот спрятать от них.

— Есть и такие?

— А то как же! — усмехнулся разбойник. — Если этот паренек нужен его величеству и тот не гнушается никакими методами, это что значит? Именно, — кивнул он сам себе, — это значит, что сильно королю нашему приспичило, значит, в парне есть какой-то толк. А для простого народа это верный знак, что любыми путями нужно спрятать где-нибудь ребенка.

Я даже не заметила, как прикрыла глаза и медленно выдохнула, выпуская страх.

— И как же король разыскивает этого ребенка? Что он знает о нем?

— Как ни странно, знает он видимо не очень много, — снова почесал голову Брок. — Какая-то странная вообще история. Будто бы того младенца выслали из Валеста куда-то. Его величество в тот год не вдавался в подробности, похоже, тогда этот пацан ничего не значил для него. Он же когда к власти пришел, — разбойник наклонился ко мне через стол и заговорил тише, — многих повыгонял из столицы, кого в Форалл, как там люди вообще выживают одному Богу известно, кого в Кавенторн или Шитаэлл. Записи-то никто не вел. А в ту ночь и подавно, суматоха такая была.