— Не сейчас, Таш, ты не понимаешь, я должна увидеть Тину! Если я не разберусь в том, что случилось в ночь, когда родился мой брат, не буду знать, от чего именно его защищаю!

Заэронец тоже поднялся на ноги, резко шагнул ко мне и присмотрелся.

— А может дело вовсе не в этом? Может, ты не хочешь уходить от него? Что забыла кто он?

— Не смей! — рассердилась я.

— Я шёл за тобой, зная что ты в руках Феникса! Но только сейчас узнал, что он и есть тот самый Кастор! Ты чувствам поддалась? — Таш сердился всё больше, я не отставала. — Забыла, что он дурачил нас всех? Годами обманывал Аутона и Малию! Ты забыла о том, что он предал своего короля! Я не удивлюсь ещё, если это он помогал Тавосу…

— Не смей! — яростно повторила я и шагнула ближе. — Если не хочешь потерять мою дружбу, не смей больше так говорить! Кастор в прошлом! Всё забыто! Есть только Феникс — безликое чудовище. Моя забота — Той! Я должна выяснить, что знает Тина.

Мой друг немного отступил, сел на кровать и обхватил голову руками.

— Я полгода слушал о твоей любви к нему, знал, как ты страдаешь. Я надеялся, что ты его больше никогда не увидишь, и твоё сердце залечит раны. Но сейчас тебе намного больнее. Я слышу, как ты смущена, растеряна. Ты борешься с собой постоянно! Твоё сердце всё ещё тянется к нему, словно оно на привязи, но в то же время оно кровоточит от ненависти и обиды.

— Моё сердце не подвластно мне, Таш, — сказала я и присела на корточки рядом с другом. — Да, оно ещё мечется, словно в агонии, но разум уже сделал выбор. То, что со мной происходит нужно просто пережить, перестрадать, но на это потребуется время. Я смогу забыть свои чувства к Кастору, которого уже не существует.

— Прости, — поднял голову заэронец, — я верю, что ты хочешь этого, просто…не хочу, чтобы тебе было ещё больнее.

— Я понимаю, — улыбнулась я ему, — правда, понимаю. Только давай какое-то время не будем об этом говорить. Я знаю, что ты всё равно меня услышишь, но будь снисходительнее, прошу. Мне это нужно.

В коридоре послышалась какая-то беготня и шум голосов. Я тут же подскочила на ноги и подошла к двери. Не нужно, чтобы кто-нибудь увидел Таша.

— Что ты слышишь? — спросила я его.

— Я не могу услышать мысли отсюда, — возмутился Таш. — Вся суета внизу.

— Наверное, люди Феникса вернулись…

— А их я не слышу вообще!

— То есть как? — развернулась я к другу, не сразу осознав то, что он сказал.

— Понятия не имею. Утром, когда они уходили, я попытался забраться к ним в головы, но к мыслям Феникса и к мыслям его людей у меня доступа нет. Будто барьер стоит.

— Очень интересно, — пробормотала я и услышала тяжелые шаги. — Прячься!

Таш повертел головой и, понимая, что больше деваться некуда, юркнул под кровать. Сердце застучало как сумасшедшее, когда кто-то постучал в мою дверь. Прятаться было глупо, и я открыла. Феникс вошёл как к себе в покои, медленно осмотрелся и удивлённо вскинул брови, будто чего-то ждал, но не увидел.

— Собирайся, нужна твоя помощь, — сказал он. — В город выходили два нерота, есть пострадавшие.

Я тут же схватила оставшиеся вещи и про лук не забыла. Мало ли, вдруг люди воды ещё не ушли. Мысленно велела Ташу дождаться меня и собралась выйти из комнаты. Но Феникс не сдвинулся с места. Его глаза чуть сузились, на лбу появилась недовольная складка:

— Таш! — окликнул он, и моё сердце устремилось в пятки. — Вылезай, твоя помощь тоже может пригодиться.

Продочка маленькая сегодня, но я осторожно подбираюсь к финалу первой книги, поэтому не тороплюсь)

Мой друг, точно так же как и я, был поражен, медленно выбрался из своего укрытия и встретился с недовольным взглядом Феникса. Мужчины смотрели друг на друга, не скрывая неприязни, а мне оставалось лишь наблюдать за молчаливым поединком.

— Среди пострадавших есть девушка, она не может очнуться. В сознании, но будто не в себе. Верни её, — ровным голосом сказал Феникс заэронцу. — Она последняя кто видел неротов. Они не вернулись в воду и ещё бродят по городу.

— Не все заэронцы умеют то, о чём ты просишь! — воскликнул Таш. — Это дар, которым обладает не каждый из моего народа…

— Ты слишком мало знаешь о своём народе! — резко оборвал его Феникс. — Каждый заэронец способен на манипуляции с разумом человека! Это ваш общий дар, просто ты не интересовался, не развивался! Все люди поддаются вашей силе!

— Кроме тебя! — разозлился мой уязвлённый друг.

— Я не просто человек! — Феникс сделал шаг и навис над заэронцем, испепеляя того взглядом. И чем ему Таш не угодил? — Ты меня читать не можешь, а я тебя могу.

Глаза моего друга округлились, будто какая-то поразительная мысль внезапно осенила его. Таш чуть приблизился к мужчине и гневно прошептал:

— Тогда читай!

Какое — то время абсолютно ничего не происходило, но вот Феникс зажмурился, тряхнул головой, отступил. Таш буравил его глазами и наступал. Феникс снова сделал шаг назад и снова тряхнул головой, которую обхватил руками. Это длилось недолго, но королевскому убийце хватило и несколько секунд, поскольку внешне это походило на пытку.

— Довольно! — яростно крикнул он и сделал выпад.

Таш тут же прекратил, но выражение на его лице осталось презрительным. Он ненавидел Феникса и чувств своих не скрывал.

— Что ты с ним сделал? — тихо спросила я, но заговорил Таш не со мной.

— Ты хотел прочесть меня? Доволен?

Феникс посмотрел на меня долгим взглядом, и было в нем что-то странное, непостижимое. Таш тоже наблюдал за мужчиной, и мне показалось, что мой друг был немного удивлён реакцией Феникса. Вообще все, что произошло в этой комнате, выглядело более чем странно. Я совсем ничего не понимала.

— Не делай так больше! — холодно проговорил Феникс.

— Неужели больно? — спросил Таш.

Мужчина снова бросил на меня взгляд, а потом выдохнул и велел идти за ним. Я попыталась расспросить друга о том, что он такое сотворил с могучим убийцей, но Таш отмахнулся, сказав, что я буду очень недовольна, а ему ещё жить хочется.

Феникс шёл быстро, не оборачиваясь, не говоря ни слова. Он погрузился в свои размышления и даже казался слегка подавленным. Неужели Таш дал ему понять, что он тоже уязвим? Моё любопытство только росло. Однако пришлось оставить эти мысли, стоило увидеть то, что творилось в городе.

— Ты же сказал, что на берег вышли всего два нерота, — в ужасе сказала я, как только догнала мужчину.

— Да, их было всего двое, — мрачно ответил он.

А мне казалось, что на Лютерт напала целая армия. Выжженных домов стало гораздо больше, повсюду слышались стоны и плач. Люди остались без жилья и пожитков.

— Почему мы не слышали? — пробормотала я вопрос, никому конкретному не адресованный.

— Потому что люди даже дышать боятся, как только видят неротов, — тихо ответил Таш, впитывающий в себя ещё и внутренние стенания жителей города. — Прежде их так не боялись на побережье.

— Прежде они не были опасны и не сходили с ума без своего куска земли, который у них отобрал король! — злобно процедила я сквозь зубы.

Феникс резко остановился, повернулся ко мне и схватил за грудки. Не сильно, но тряхнуло меня порядочно. Глаза мужчины полыхнули свирепым огнем, я даже поёжилась от страха.

— Иногда мне кажется, что ты сама себе враг, Кассиопея, — сказал он мне прямо в лицо. — Держи свои мысли при себе, твой друг всё равно их услышит, даже если ты не захочешь! Следи за языком, мы здесь не одни и не стоит рассчитывать на мою помощь. Есть вещи, над которыми и я могу оказаться не властен.

Феникс отпустил меня, и я попробовала отдышаться. Что-то с ним сегодня явно не так. Я повернулась к Ташу и заметила двух гвардейцев, с интересом наблюдавших за развернувшейся сценой. Интересно, они слышали мои слова или их просто заинтересовала перепалка между нами?

Я снова догнала буквально мчавшегося вперёд мужчину, подстроилась под его быстрый шаг:

— Как ты узнал, что Таш здесь?

— Я всё это время знал, что он идёт за тобой. То, что он нас нагонит, было вопросом времени.

— Я не знала, что вы знакомы.

— Мы не были знакомы, но я знаю кто он.

Ответы Феникса были короткими, резкими. Он не желал говорить, но делал это через силу. Зачем? Сегодня я его не понимала, не узнавала. Хотя стремительно меняться буквально на глазах и постоянно удивлять новыми подлостями — его талант.

— Ты читаешь мысли? — наконец, выдавила из себя вопрос, который на самом деле интересовал меня.

Феникс снова остановился, заглянул в мои глаза, и в этот раз я рассмотрела боль. Сокрушающую, неподдельную. Я захлебнулась волной собственных эмоций, моё сердце сжалось, дышать стало невыносимо.

— А ты бы этого хотела? — спросил он.

Хотела бы я? Ну уж нет! Тогда бы он узнал, как я мечусь и страдаю, как тяжело мне рядом с ним, как иногда, словно в забытьи, я вспоминаю того Кастора, каким он был год назад. Как я любила того мужчину, которым он был. Не знаю, что Феникс увидел на моём лице, но боль в его глазах только усилилась.

— Нет, я не читаю мысли, — сказал он и отвернулся. Только тогда я смогла снова дышать.

Феникс привёл нас в один из домов, в котором разместили пострадавших. Люди стояли, сидели и лежали повсюду. Сначала я растерялась, а потом увидела местного лекаря и тут же подошла к нему, предложив свою помощь. Пожилой мужчина посмотрел на меня с подозрением и хотел отмахнуться, но внушительный голос Феникса расставил всё по местам: