Внезапно в дверь тихонько постучали и я застыла:

— Кассия! — голос Феникса, пробудил во мне непонятную волну, которая заставила ахнуть. — У тебя всё в порядке? На первый раз достаточно.

В голове появился лёгкий гул, мешающий мыслить. Тело будто зазвенело и заискрилось.

— Кассия! — снова позвал Феникс.

Новая, более мощная волна прокатилась по телу, покрывая кожу жаждой прикосновений. Я рвано выдохнула, осознавая, что буквально изнемогаю, желая выйти из этой парилки и увидеть мужчину, что стоял за дверью. Совершенно не понимая, что же со мной происходит и, почему я не могу сопротивляться этим неукротимым желаниям, прижалась к двери. Я изо всех сил пыталась сопротивляться, но туман в голове распространялся, стирая здравый смысл и какую-либо скромность. Понимая, что проигрываю в этой борьбе, я села на корточки и обхватила себя пылающими руками. Моё тело не подчинялось мне, не желало оставаться в стороне от Феникса. Оно гудело от возбуждения, которое дёргало и мучило меня, открывая непознанные свои уголки. Это было удивительно и…ужасно. Я вбивала в сознание, что не могу испытывать ничего к этому человеку, что ненавижу его, но в какой-то миг, не выдержала и открыла дверь.

Сказать, что Феникс был удивлён — ничего не сказать. Его глаза расширились, а потом их заволокла дымка, которую я распознала, как ответное желание. Он рассматривал моё обнажённое тело так внимательно, что я не устояла и изогнулась навстречу, приложив ладони к мужской груди. На мгновение очнулась настоящая я, и чуть было не завопила о том, что я сошла с ума, но ощущение бьющегося под ладонью сердца, вновь уничтожило остатки самообладания.

Моё тело горело огнем, сжигая все преграды между нами. На задний план ушли горечь, разочарование и малейшая неприязнь. Остались лишь страсть и похоть, которых я не знала до этой минуты.

— Кассия, — хрипло прошептал мужчина, беря меня за плечи и опуская глаза к груди, которая тут же отреагировала на этот взгляд. — Что с тобой?

— Прикоснись ко мне, иначе я сойду с ума, — прошептала я, понимая, что говорю истинную правду. — Прошу, прикоснись…

Куда делись стыд и осторожность? Не знаю, но я сама готова была касаться его, лосниться и тереться, будто кошка. Невыносимая тяга влекла меня к нему, колючие, будоражащие мурашки разбегались по коже, волнуя меня еще больше.

— Кастор, — выдохнула я ему в губы, — прошу…

Горячие губы принесли успокоение ненадолго. Их мягкость и сладость лишь усилили желание, а руки, что теперь ласкали спину и медленно спускались ниже, заставляли стонать и прижимать к мужчине плотнее. Я понимала, что хочу большего и знала, что Феникс тоже хочет. Ни на мгновение не усомнилась в этом, просто знала, чувствовала. Поцелуй углубился, стал яростнее и настойчивее. Мужчина тоже застонал, и этот звук показался мне самым лучшим на свете.

— Кассия, — прошептал он, — опомнись.

Его слова расходились с действиями, он просил остановиться, но при этом продолжал ласкать меня руками. В этот момент я ощутила себя счастливой, забыв обо всём на свете, словно другой жизни за пределами бани просто не существовало. Словно я была не я, а Феникс не был Фениксом. Эта мысль стирала все преграды.

— Кассия, — прорычал он настойчивее и, наконец, оторвался от меня. — Остановись!

Феникс тяжело дышал, его лицо пылало, губы припухли, а глаза заволокло безудержным желанием. Он жаждал продолжить, хотел разделить со мной это удовольствие! Осознав это, я будто обезумела и попробовала снова поцеловать его.

— Стой, Кассия! — оборвал он меня сердито. — Стой! Что-то не так! Ты бы ни за что…ты бы не стала…

Он прошелся взглядом по комнатке и остановился на склянках, посмотрел на меня, принюхался к коже и выругался. Бросился в баню и вернулся со склянкой в руке.

— Что ты с этим делала? — спросил он настойчиво.

— Понюхай, — улыбнулась я. — Так пахнет, голова кругом идёт.

— Чёрт! — снова разозлился он. — Я же велел Лоаре прекратить готовить эту дрянь!

— Что не так? — спросила я, придвигаясь ближе.

— Кассия, погоди, — вымученно сказал мужчина. — Это не мыло! Это масло для…для…не знаю даже как объяснить. Кассия, послушай, это не ты. Это масло помогает жрицам любви, понимаешь? Шитам и прочим девицам, которые зарабатывают на жизнь, ублажая клиентов. Лоара готовит подобные масла для тех, кому это ремесло не по нутру. Оно лишает мыслей, заставляет желать только одного, стирает грани разумного.

Я слышала его слова, но не понимала их смысла. Я думала лишь о том, что хочу коснуться его кожи, хочу узнать, каково это, когда он покроет моё тело поцелуями и научит любви. Кажется, я даже озвучила все свои желания.

— Ты возненавидишь себя за это, — прошептал мужчина, удерживая мои руки. — Ты не сможешь себя простить, когда действие масла закончится. Моя звёздная девочка, если бы ты знала, как тяжело отрываться от тебя. Если бы могла понять, как тяжело отказываться от соблазна, как хочется послать всё к чёрту и прижать тебя к себе и никогда не отпускать! Как хочется сказать тебе, что ты принадлежишь только мне и я не способен избавиться от мыслей о тебе!

— Кастор, — прошептала я в ответ.

— Прошу, повтори моё имя, — выдохнул он.

— Кастор…

— Я сделаю так, что ты ни о чём не вспомнишь, — с сожалением сказал Феникс. — Я сделаю так, что тебе не придётся жалеть.

Быстрым движением он сдёрнул с гвоздя тряпку и закутал меня в неё. Я попыталась сопротивляться, но куда мне тягаться с Фениксом? Мужчина усадил меня на одну из лавок и так же быстро взял в руки ведро, окунул в него пальцы и что-то пробормотал, а потом резко встал и вылил воду мне на голову.

Я охнула, а потом почувствовала холод и начала хватать ртом воздух. Медленно, как вода, стекающая по коже, наваждение проходило, туман в голове рассеивался.

— Я пришел сказать, что ты не одна, Кассия, — передо мной стоял Феникс, который изо всех сил делал вид, что его не интересует моё тело, обёрнутое в мокрую тряпку.

— Это ты облил меня водой? Совсем из ума выжил? Кто позволил тебе вламываться сюда? А если бы я была не одета?

Я чувствовала себя неуютно. Что-то происходило с телом — оно звенело, с головой — она немного гудела, а еще с памятью — я совершенно не помнила, как покинула парилку.

— Выйди, Феникс! — рявкнула я, испепеляя мужчину презрением. — И не смей больше так делать!

— Ты совершенно не интересуешь меня ни одетой, ни тем более голой, — сказал он и вышел.

Я думала, что больно уже не может быть, но ошибалась.

Обтеревшись тряпкой, нацепила чистую одежду и выскочила из бани. В трактире меня проводили странными взглядами, но я постаралась не обращать внимания. Кони, дочь хозяина, показала мне комнату и я захлопнула дверь сразу после того как поблагодарила её. Засыпала я долго, мучительно, ощущая, что чего-то не хватает, что-то потеряно. Но что? И почему у меня возникло такое чувство?

Проснулась, когда занимался рассвет. Проснулась от того, что мой рот зажала чья-то рука.

Глава двадцать первая

— Да не вопи ты, не вопи, — громким шепотом сказал Таш, продолжая прикрывать мой рот ладонью. — Голова сейчас лопнет!

Я стряхнула его руку и сбросила парня с кровати. Слава богу, он мягко приземлился и не наделал шума.

— Я и звука не произнесла! — недовольно буркнула.

— Вслух нет, — как ни в чём не бывало, мой друг снова уселся на край кровати и сложил руки на груди, — но мысленно кричала во всё горло!

— Не слушал бы! — ответила я и присмотрелась к парню.

Вид у него был ещё тот: лохматый, заросший щетиной, грязный и даже кажется исхудавший, но как всегда самодовольный и улыбчивый. Я почувствовала, как на глаза навернулись слёзы, а потом счастливо улыбнулась и бросилась к нему. Таш крепко обнял меня и прижал к себе.

— Как ты здесь оказался? — спросила я, стискивая друга и всхлипывая в его плечо.

— Я шел по вашим следам всё это время, опаздывал всего на день, и вот нагнал.

— Когда ты в последний раз нормально спал? Мылся?

— На это не всегда было время, — сказал он и нагло растянулся на кровати, заложив руки за голову. Его тёплые глаза посмотрели на меня совершенно серьёзно. — Я нашёл Герию.

Его слова заставили меня тихо ахнуть и закрыть рот рукой. Горячие слёзы вновь побежали по щекам. Моя благодарность не имела границ. Я смотрела в прекрасное лицо друга и рыдала от радости.

— Что она сказала? — шепотом спросила я у него, боясь поддаться настроению и размечтаться.

— Она сказала, что однажды была в Кавенторне и видела то место, куда по её мнению увозят таких как твой брат, — тихо ответил Таш. — Теперь всё, что видела она — видел и я.

— Она дала тебе карту?

— Лучше, — парень сел и приблизил своё лицо к моему, — она у меня прямо в голове и если даже захочу, я её не забуду. Можем отправляться прямо сейчас.

Я велела ему отвернуться, встала на ноги и оделась, размышляя над тем, как поступить дальше. Мне нужно как-то повидаться с Тиной, вот кто знает о моём брате то, что мне не ведомо. И пока я здесь — я ближе всего к неротам. Плюс я хотела отыскать Тиля и убедиться, что с ним всё в порядке. Да и подумать надо, как улизнуть от Феникса, так просто он меня не отпустит.

— Сейчас никого из них нет в трактире. Только-только забрезжил рассвет, они вышли в город, — ответил на мои мысли Таш. — Сейчас самое время! Давай, Кассия! Уходим.