Дурьодхана непонимающе уставился на Мати, чувствуя, как у него начинают заплывать глаза.

– Когда я сказала про свадебный подарок, я имела в виду для себя. – Мати встала и подошла к мужчине, неохотно поцеловав его в щеку. – Позвольте представить Его Высочество царевича Сахама Дева, сына Его Светлости Джарасандха, Наследника империи Магадх – моего мужа.

– Но… ты моя… – зарычал Дурьодхана, поднимаясь и вытирая кровь со рта. – Я женюсь на тебе, – поклялся он. – Клянусь в этом кровью Куру, что течет в моих венах. Даже если это случится через десять лет, ты все равно будешь моей. Ты – моя Мати.

Рукоять ее кинжала с глухим звоном попала Дурьодхану над глазом и почти лишила его чувств. Она нахмурилась и шагнула вперед, опустив каблук ему на руку.

– Нет, я – Черный Лебедь. – Желтые, оранжевые и красные отсветы далекого пламени, отблески цвета огня и мести мерцали на смуглом лице Мати. Она прикоснулась двумя пальцами ко лбу. – Пусть волны несут тебя.

Она повернулась к людям Сахама Дева:

– Будете бросать его в реку, убедитесь, что он жив.

Интерлюдия Нала

Интерлюдия

Нала

I

Поднимаясь на гору, за которой, предположительно, находился Дом Саптариши, они проходили мимо деревьев, похожих на покрытых мхом гигантов, искалеченных и уродливых, с щупальцами вместо корней, под которыми цвели крошечные орхидеи. Паршурам шел впереди, взбираясь по склону, и его фигура была четко очерчена на фоне туманного неба. А над туманом на короткое время были видны выточенные изо льда вершины Касмиры. Туман, стекая по огромным провалам склонов, окутал ее, словно пытался напасть на гору подобно мистическим водным существам.

– Трагедия в сваямваре была весьма прискорбной, – бубнил Паршурам, продолжив обсуждать сплетни из далеких стран, как он делал с тех пор, как они покинули обитель. – Но чтобы царевна вышла замуж за всех пятерых братьев… – Он в глубоком смятении покачал головой. – То, что будущая царица Союза – блудница – не сулит Союзу ничего хорошего. Но, опять же, их мать Кунти тоже не святая. Если бы ты только знала, что делал я сам… – засмеялся Паршурам. – Я определенно вижу в этом ее руку.

Нала едва его слушала. Она все еще отчаянно пыталась смириться с тем фактом, что Паршурам работал на Саптариши! Она думала, что эти творцы царей давно пали со своих пьедесталов. Получается, учителя Меру вообще ничего не знали! Но могла ли она действительно завидовать их невежеству? Она сама провела почти год с ачарьей Паршурамом, но теперь понимала, что почти ничего о нем не знает.