Следующие трое суток я занимался копчением, не забывая периодически подкладывать в чугунок заранее подготовленную сухую осину и стараясь, чтобы каждая рыба провисела внутри полтора дня. А же в это время тоже просто так не сидел и продолжил собирать лисички, которых в итоге оказалось целых три с половиной корзины. Куда больше, чем я мог ожидать.

Копчёная рыба, после выкладки, тоже заняла четыре подготовленные Кузей ёмкости и для белых грибов места осталось мало. Пришлось щедро делиться с домовиком энергией, чтобы он сплёл ещё две корзины за один раз.

Устав физически и истощившись энергетически сделал несколько ходок с продуктами к дому, где Кузя немного расширил ледник для хранения.

Наконец, вернувшись в избу и усевшись на лавку без сил, я понял, что взял слишком серьёзный темп для этого, пусть окрепшего, но всё ещё слабого тела, и решил на завтра отдохнуть. Ну, как отдохнуть? Просто воспользоваться несколькими лишними часами сна, выспаться и не идти в лес, а вместо этого посвятить день огороду, про который, со всеми важными делами, я попросту забыл. Несмотря на мои грандиозные планы, лучше держать его в порядке. Кто знает, как оно там всё повернётся? Вдруг придётся задействовать план «Б»?

Не желая показывать соседям прогресс в своём восстановлении, за водой для полива к колодцу не ходил: было бы странно, если мальчишка, спину которого рассекли плетью до мяса, будет таскать тяжести на виду у всех, словно ни в чём не бывало. Я и так пропадаю непойми где целыми днями, надеясь, что не попался никому на глаза. Хорошо ещё, что Кузя чувствует дом даже на расстоянии и может сказать, приближался ли к нему кто-то во время нашего отсутствия или нет. Пока — никто. И это ещё одно очередное доказательство и напоминание о том, что мир не крутится вокруг меня. У окружающих свои дела, беды и заботы. Не буду двигаться — сгину.

Поэтому вместо полива я, изображая болезного, повторно обошёл владения, на этот раз более тщательно их осмотрев и, к сожалению, больше ничего примечательного не обнаружил. Пришлось повторно и гораздо более тщательно прополоть все овощи, вырывая множество сорняков и рыхля землю.

Работы было много, и я вновь неслабо умаялся от непривычной работы. Несмотря на это, приготовление ужина сегодня решил взять в свои руки и, раз у нас обнаружилось место для хранения еды, показал Кузе, как правильно варить уху, которую там можно будет хранить. Ну а что? Рыбы у нас было в достатке, картошка, лук и морковь тоже имеются, пусть и в малом количестве.

Сначала, конечно же, очистил рыбу от чешуи, внутренностей и прочего, затем хорошенько её отмыл, порезал кусками и поставил вариться в чугунке, не забыв закинуть внутрь почищенную, целую луковицу. Дождавшись кипения и дав потомиться собрал пенку, затем процедил готовый бульон через марлю, чтобы убрать из него мелкие кости, и почистил куски готовой рыбы от всего лишнего.

Основная работа была сделана, поэтому я отварил в бульоне нарезанную кубиками картошку с морковью, добавил куски очищенной рыбы и посолил.

— Хороша! — оценил я, когда по избе разнёсся вкусный запах ухи, и мечтательно добавил: — Сюда бы ещё чеснока с перцем, зелени, и вообще бы бесподобно было. Но нам с тобой, думаю, и так вкусно будет.

С удовольствием поев и накормив обрадованного этим обстоятельством домовика, которому нравилась готовка людей, я вышел на крыльцо и, присев на порог, подставил лицо тёплым лучам.

Отдых прервало покашливание Кузи и две мужские фигуры, уверенно двигающиеся в нашу сторону.

Первым шёл легко узнаваемый дед Агап, вторым оказался работник имения, который помог перетащить старика в укрытие, а потом приходил ко мне вместе со старостой.

«Интересно, что им надо?»

Как впоследствии выяснилось после приветствий и короткого разговора, последний оказался тем самым Казимиром, который вместе с Марфой ездит на телеге в Калинковичи и продаёт там на рынке молочные товары от эльфийских бурёнок.

Предложив гостям пройти в дом и разместив их на лавке, предложил уху, от которой они поспешили отказаться. Правда, дед Агап при этом едва заметно вздохнул.

— Как ты себя чувствуешь? — сразу после этого спросил Казимир, видимо обратив внимание на мой изнурённый от нагрузки вид. — Может, всё-таки к знахарю в дом поедешь? Там орки своего болезного уже забрали, когда нашли подходящего шамана в городе.

— О нет! — тут же отказался я и помотал головой. — Зачем мне это? Я чувствую себя хорошо и иду на выздоровление. Спина, конечно, болит. Но терпимо. Если бы не это, то с вами в город я бы не просился.

— Точно? — внимательно осмотрел меня мужчина.

Вместо ответа я встал, прошёлся из стороны в сторону и добавил:

— Сам удивляюсь. Наверное, раны были не такими страшными, как казались со стороны. Вон, деду Агапу тоже досталось, и выглядел он ужасно, а закончилось всё не так уж и плохо. Могло быть гораздо хуже.

Ещё раз с сомнением посмотрев в мои честные глаза, мужчина спросил:

— А что именно ты собираешься продавать? Ту рыбу, которую мне Агап передал?

— Да. Думаете, она будет дорого стоить? — с интересом спросил я у знающего человека.

— А как же! — без раздумий ответил мужик и обнадёживающе добавил: — Свежую за десять копеек берут, а твою за тридцать с руками оторвут. Необычная она и храниться может

— У меня ещё грибы есть, белые, — добавил я.

Брови мужика тут же взметнулись вверх, и он осипшим голосом спросил.

— Так ты что, малец? В лес ходишь? В одиночку? А про монстра хоть знаешь?

— Да, — ответил я, серьёзно посмотрев ему в глаза. — Но что толку? Жрать-то мне каждый день хочется. Дом выделили хороший, да только на поле ничего путного нет. Стоит пустым который год. Кухонная утварь какая-никакая в избе нашлась, обустроиться смог, а нормального топора с ножом нет, тёплой одежды тоже, про еду вообще молчу. В первые дни живот от голода так сводило, что худо было. Зимой будет ещё ужасней. Рыбу не половишь, грибов не соберёшь, коров пасти тоже не надо будет. И как я тогда жить буду? Останется только подохнуть. Так что лучше рискнуть сейчас. Другого выбора у меня нет.

— М-да. Серьёзный ты парень, — как-то по-новому посмотрел на меня Казимир и добавил: — Но только ты зря всех и нашего старосту скотиной считаешь, которые мальца одного бросят. Что-нибудь вместе обязательно придумаем.

— Отправите на пастбище, где в любой момент может появиться монстр? — мрачным тоном уточнил я, заставив его отвести взгляд.

В избе повисло неловкое молчание, и я тут же поспешил его прервать.

— Так что? Поможете мне?

— Помогу, — едва заметно выдохнул Казимир и деловито уточнил: — Только скажи, сколько у тебя поклажи будет, чтобы я свободное место на телеге оставил.

Рассказывать посторонним о количестве собранного добра откровенно не хотелось, жадность она и не таким головы кружила. Сейчас тот же Казимир жалеет меня из-за нанесённой орком страшной раны, того, что наблюдал это воочию и представил себя на моём месте. Ну ещё немного из-за чувства сопричастности. Однако стоит ему понять цену товара какого-то мальца, как ситуация может измениться.

«Поэтому в первый день всё своё добро туда везти нельзя. Нужно оставить часть на потом», — принял решение я и вместо ответа подошёл к висящей у печи занавеске, отдёрнул её и достал две пустые сплетённые Кузей коробки с крышками.

— Таких будет четыре или пять, — заявил я, заставив брови мужиков взметнуться.

— Сколько? Я думал гораздо, гораздо меньше! — ошалел от услышанного Казимир и добавил: — Да, ты действительно не теряешь время зря. Однако сомневаюсь, что столько корзин поместится мне в телегу вместе с добром из имения.

— Корзины, из-за крышек, можно ставить одну на другую, — продемонстрировал сказанное я, — так они будут занимать гораздо меньше места.

Казимир некоторое время напряжённо размышлял, а затем просветлел лицом и произнёс:

— Я знаю, как тебе помочь, только это будет на день раньше, чем тебе нужно. Я как раз поеду в город один, чтобы развести по трактирам заказанные продукты. Марфы не будет, как и лишних вещей. Подойдёт тебе такой вариант?

— Да, это будет ещё лучше! — обрадованно заверил я мужчину.

— Ну и хорошо, — встал со своего места Казимир. — Тогда послезавтра утром будь готов. Расскажу тебе правила поведения в городе, иначе можешь по глупом встрять.

Попрощавшись с работником имения, я на эмоциях предложил справившемуся с заданием деду Агапу тарелку ухи, и он с удовольствием её уничтожив, сказал:

— Вот спасибо тебе, Миша. Выручил. Всегда старика голодного покормишь. Может и я тебе чем помочь смогу? Ты говори. Не стесняйся.

— Воды бы мне наносить в бочку, от этих вёдер спина болит немилосердно, — соврал я, на самом деле не зная, как ещё без лишнего внимания пополнить свои заканчивающиеся запасы. Ведь будет странно, если я после серьёзной травмы начну заниматься столь тяжёлой работой. Староста меня мигом на пастбище отправит.

Дед Агап мою просьбу выполнил с удовольствием, а уже утром, точнее, ещё затемно, я пошёл собирать в лес белые грибы, в чём мне очень помогло духовное зрение.

Потратив целый день, но насобирав три коробки, я в несколько ходок переместил их домой и попросив Кузю подготовить одежду, лёг спать. Уже следующим утром умытый, сытый и чистый стоял у закрытых дверей в дом и ждал появления Казимира, телега которого в скором времени показалась на дороге.